Королева пиратов

– В моих кругах привыкли к иному типу оружия. Я леди Сильвия. Возможно, вы слышали обо мне?

– Боюсь, что нет, – ответил мужчина. – Но раз вы представились, я сделаю то же самой. Меня зовут Рауль.

– Какова ваша роль здесь, монсеньор Рауль?

– Как это какова? Я гость в королевском дворце, так же как и вы. Просто украшение.

– Не дипломатический представитель? – И не любовник ли за деньги, мысленно добавила она, понимая, что мужчина в чем-то лжет ей. Получается у него очень плохо. Или он хочет создать такое впечатление.

– Нет, мадам. Я простой посетитель.

– Может быть, вы купец?

Она заметила, как под полями шляпы блеснули его белые зубы.

– Неужели что-то непременно нужно покупать или продавать? – произнес Рауль.

Сильвия не стала медлить с ответом:

– Опыт подсказывает мне, что да.

Рауль вздохнул:

– В таком случае вы ни за что не поверите, что я прибыл в эту страну из чистого любопытства. Много недель путешествовал я по суше, потом стал сплавляться на барже по реке. Знаете ли вы, что и река, и ее острова меняют форму со сменой времен года?

Жестикулируя затянутыми в кожаные перчатки руками, Рауль очертил яйцеобразную форму, которая постепенно истончается и наконец исчезает совсем по мере того, как ее омывает вода, накатывая волнами и разбиваясь о берег. Жесты его были изящными и чувственными, и гораздо более приятными, чем его предыдущее позирование. Сильвия часто заморгала, подумав о том, что точно поняла, что он имел в виду.

– А вы прибыли сюда по делу? – оживленно поинтересовался мужчина.

Она быстро пришла в себя.

– Я всегда занимаюсь делами. Поэтому сейчас мне пора идти. – Она сделала знак лакею: – Принеси багаж.

Сильвия с облегчением узнала, что король Джулиан будет отсутствовать и сегодня, и завтра. Вместе со своими министрами он отправился в охотничий домик, и она не могла не задуматься над тем, связана ли эта поездка с упрямыми отказами Максима вступить в брак. Сильвия полагала, что сам король не имеет отношения к заговору против герцога. Она всегда считала, что Джулиан более рациональный человек.

Если умозаключения ее были правильны и если ей удастся выявить заговорщиков, она была уверена, что король встанет на ее сторону. Он не мог допустить, чтобы против одного из его герцогов велись подобные действия кем-то из его подчиненных, вне зависимости от того, каковы были его личные чувства к Максиму. Если Сильвия с успехом справится с возложенной на нее миссией, она угодит ее светлости герцогине Камилле и его светлости герцогу Максиму. Угождать аристократам было неплохо само по себе, а цель жизни Сильвии в том и состояла, чтобы ублажать свою госпожу.

Смыв дорожную пыль с лица и обнаженных рук, она переоделась с помощью дворцовой горничной и, прихватив шелковый веер, покинула комнату для гостей и стала спускаться по лестнице в главный приемный зал.

Зал этот располагался в самом центре дворца и был до отказа заполнен людьми. Потолок его возвышался над тремя этажами, на каждом из которых имелись балконы с резной балюстрадой. Они были достаточно просторными, чтобы вместить музыкантов, играющих во время балов, или толпы зрителей, или королевских стрелков. Каменные стены были обшиты панелями с изысканным цветочным орнаментом, нанесенным по сырой штукатурке, а затем покрытым пурпурным лаком. Эти панели сияли металлическим блеском в свете восковых свечей, заключенных в прекрасные стеклянные подсвечники. Гладкий деревянный пол был застлан роскошными коврами. Вспомнив, как капитан Люнг завернула Максима в подобный ковер, Сильвия едва сдержала смешок.

Она заметила Рауля, сидящего у камина и взбалтывающего вино в бокале. Он снял свою шляпу, и его кудри завивались над маленькими аккуратными ушами, подчеркивая глубоко посаженные черные глаза. Сильвия отметила, что мужчина по-прежнему был в своих кожаных перчатках. Она не знала, были ли тому виной его манерность или обычаи его страны, но эта его привычка ей очень нравилась. Она обожала ощущение, даруемое ей прикосновением кожи к обнаженной плоти. Если он дотронется до нее своими кожаными перчатками, то оставит после себя их запах. Она могла бы закусить кончики пальцев и стянуть с него эти перчатки, а потом облизать каждый палец языком, упиваясь вкусом кожи. Да, эти перчатки очень ей нравились.

Так же как и плотно обтянутые кожаными брюками мускулистые ноги. Заметив боковую шнуровку, Сильвия задумалась о том, с какой легкостью она могла бы распустить ее либо с помощью пальцев, либо зубов.