Королевство Русь. Древняя Русь глазами западных историков

Эти латиноязычные и один немецкоязычный тексты являются лишь примерами целого корпуса различных по происхождению источников, охватывающих три столетия и написанных с разными целями. При этом ни один из них не имел своей целью превознести Русь или намеренно умалить образ русской власти в умах читателей. Русь часто упоминается в них эпизодично, что может быть даже более интересно для историков, особенно если учесть, все эти источники практически единодушно используют для правителей Руси одни и те же титулы. Надо также понимать, что это происходит не от недостатка титулов в средневековой латыни. Как было показано в предыдущей главе, польские правители почти всегда назывались dux. Титул princeps периодически использовался для первых Каролингов и, в дальнейшем, германских императоров⁴⁵³. В Historia Norvegiae используется даже титул regulus там, где другие древнесеверные источники, такие как «Круг земной» например, используют титул konungr⁴⁵⁴. Карл Вернер описал сложность использования титулатуры XI в. на примере Регистра папы Григория VII: «Одного взгляда на Регистр Григория VII достаточно, чтобы увидеть реальную картину XI в. В нем перечислены 152 корреспондента папы, среди которых, помимо сорока пяти королей и восьмидесяти принцев, герцоги Польши и Богемии, князья Салерно, Капуи и Беневенто, герцог (dux) Беатрикс, герцог Годфри и маркграфиня Матильда, дож Венеции, герцог Апулийский, Калабрийский и Сицилийский Роберт Гвискар, маркграф Аццо Эсте, герцоги Швабии, Баварии, Каринтии, Лотарингии и Саксонии, маркграф Саксонской Восточной марки, герцоги Нормандии, Аквитании и Бургундии, графы Фландрии, Бретани, Блуа-Шампани, Анжу, Тулузы и Прованса, и это только если называть самых важных»⁴⁵⁵.

Среди этих 152 правителей правители Руси появляются именно среди королей. Это означает, что в латинском языке не было недостатка в титулах, поэтому титул для правителей Руси был выбран осознанно, и выбор этот не стоит недооценивать. Для правителя Руси можно было выбрать различные титулы, как, например, это сделал Бруно Кверфуртский, который называл Владимира, Болеслава и Генриха II senior⁴⁵⁶. Однако чаще всего латинские источники используют для правителей Руси титул rex, а не dux, senior или princeps. Вряд ли это просто случайность, скорее это отражает определенное понимание (правильное или нет) ситуации с правителями на Руси.

Древнесеверные источники и проблемы использования в них средневековой титулатуры рассматривались выше, поэтому не должно удивлять то, что правители Руси титулуются «конунгами» в различных источниках: «Круге земном», «Гнилой коже» (Morkinskinna) и «Красивой коже» (Fagrskinna)⁴⁵⁷. В конце «Круга земного», где автор отмечает родство правителей Норвегии, Руси и Дании, все трое – Мстислав Владимирович (названный в тексте Харальдом, в честь его предка Гарольда Годвинсона) (ум. в 1132 г.), Вальдемар Датский (ум. в 1182 г.) и Магнус Норвежский (ум. в 1139 г.) – названы «конунгами» в одном предложении⁴⁵⁸. Авторам источников было очевидно, что правители Руси, которые были скандинавского происхождения и были связаны с этим регионом многочисленными династическими браками, должны иметь такой же титул. Интересно, что на древнесеверном Русь называлась «Гардарики», то есть страна городов. Во многих отношениях это точное описание Руси, поскольку политически она была разделена на города с прилегающей округой, а также потому, что центры власти, как и в большинстве средневековых государств, находились в городах, а не где-либо еще.

Византийские греческие источники. Большинство проблем, касающихся титулатуры, происходит из византийских источников. Традиционно Русь рассматривается как часть так называемого Византийского Содружества, и, хотя сейчас эта точка зрения подвергается сомнению, изменить ее, после полувекового доминирования, не так уж просто⁴⁵⁹. С этой точки зрения византийские представления о Руси должны быть наиболее точными, ввиду их тесной связи, однако это не так, поскольку возникают проблемы, когда византийские источники сообщают о не византийцах. Например, «Об управлении империей», один из наиболее известных источников X в., в котором дана характеристика соседних с Византией стран и народов, устарел уже к моменту своего написания, поскольку основывался на информации, к которой следовало бы подойти более критично⁴⁶⁰. Анна Комнина, которая писала о правлении своего отца (императора Алексея I Комнина. – Пер.) в XI–XII вв., не упоминает Русь, хотя как раз в это время представители русской правящей династии активно вступали в браки с европейцами. При этом она сообщает о многих других европейских королевствах, их военном деле и правящих династиях. Как отмечает Питер Франкопан: «Анна Комнина использовала термины „кельты“, „латиняне", „франки“ и „норманны“ как взаимозаменяемые, но при этом непоследовательно и неопределенно»⁴⁶¹.