Читаем Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азию полностью

Грузины открыли секрет телепортации и перепрятали его где-то в Тбилиси – такой вывод я могу сделать по опыту нескольких посещений этой чудесной страны.

Бывает, ловишь машину, чтобы доехать до вокзала, а внезапно оказываешься в гостях. Или в ресторане. Или вот как в этот раз – каким-то невероятным образом мы переместились из центра в деревню за какую-то сотню шагов вверх по склону холма. По крайней мере, так казалось в темноте. Но Мамука – наш сегодняшний хост – уверял, что мы все еще в городе. Просто эта старая часть действительно старая. Мы оказались тут, реализовывая две цели – во-первых, погружение в среду. Не считая эндемичных насекомых под матрасом, хостелы по всему миру слабо отличаются друг от друга, а вот жить в гостях – это возможность увидеть, как оно там чего вообще на самом деле. А еще, вы же помните, мы экономим где только можем. Поэтому помимо упоминавшейся палатки у нас для бюджетных ночевок еще список готовых принять нас каучсёрферов, с которыми Настя договаривалась весь последний месяц перед отправкой в путь.

Пара слов на случай, если «couchsurfing» выглядит набором букв и смутно ассоциируется с катанием на диване по волнам. Это глобальное сообщество путешественников со всего мира, сотни тысяч человек, которые готовы принять вас в гости или сами у вас же переночевать, совершенно бесплатно. Или вместе выпить пива в баре.

Но вернемся в Тбилиси. Являясь обладателем жилья в историческом центре, Мамука, как и его соседи, являлся заодно обладателем связанного с этим геморроя. Дело в чем – чтобы жильцам не пришло в голову испортить самобытный вид старины кондиционером или, упаси господь, стеклопакетом, на любое изменение внешнего вида дома нужно получать разрешение, и не одно, а целый мешок. Так что дом занимается изменением своего внешнего вида самостоятельно, потихоньку разваливаясь, а сэкономленные на ремонте деньги, как правило, прогуливаются.

Бюджет гуляний можно увеличить еще на некоторую сумму. Как сказал Мамука, каждый грузин в деталях знает, как кинуть банк. Мы собрались вокруг него, накинув на плечи пледы и спальники – в апреле в Тбилиси еще совсем не жарко и старенький обогреватель пока не успел прогреть комнату и лишь отбрасывал на стену теплые оранжевые лучи. Сложно поверить, что стоит выйти на улицу – и увидишь внизу центр грузинской столицы. Но выйти рано или поздно придется – помимо вида на центр снаружи находился и туалет… и интернет – сигнал соседского вай-фая не добивал до нашей комнаты. А еще всеми четырьмя конечностями в грязи, развезенной утренним дождем, неосторожного гуляку за дверью поджидала Леди – собака, всерьез претендующая на номинацию самого дружелюбного существа в мире. Исчезнувший в темноте человек возвращался покрытый узором из собачьих отпечатков после яростных обнимашек.

– С банком все, в общем, просто. Для начала надо переписать на кого-нибудь свое имущество, – начал загибать пальцы Мамука, – чтобы вот вообще нечего было взять. После этого берем кредит по максимуму – сколько получится. Ну и все, в общем. Ничего не возвращаем. Банк захочет имущество забрать, а имущества нет. Потом несколько лет – семь, кажется, – в черном списке проводишь. А после можно начинать заново.

В комнате стало светлее – сразу три лампочки зажглись над головами.

11 апреля

Тбилиси

В целом каждый из нас троих уже не раз бывал в Грузии, потому в маршруте этого путешествия Тбилиси отводилась скромная роль винно-хачапурной заправки. Попрощавшись утром с Мамукой, мы переселились в бюджетный хостел, заняв там комнату имени Гарри Поттера – маленькое помещение без окон, зато ровно с тремя кроватями. Уже в Баку мы заметили, что номер на троих порой выходит дешевле, чем три койки в дормитории [1]

. Да к тому же дает некоторую приватность, по крайней мере в том, что касается храпа и запаха носков – и то и другое исключительно родное.

В хостеле, как водится, вавилонское столпотворение. Непонятно даже, кто тут гости, а кто работники – некоторые совмещали обе эти ипостаси, как, например, чернокожая девушка, выдавшая нам постельное белье. Сейчас вот немного поправит свой бюджет и поедет дальше. Все вокруг буквально светились жаждой общения. Хозяин всего этого с улыбкой обводил взглядом свое королевство экстраверсии: «Я жил в Европе в хостелах, где никому до тебя нет дела. Мне так не нравится. Тут у нас – как компания друзей».

* * *

– Кажется, раньше было легче вот так сорваться. Бросить все, уехать. Ни сомнений, ни страхов. Сейчас уже не так. – Настя задумчиво разглядывала асфальт под ногами. Солнце село, и мы прогуливались неподалеку от хостела, с наслаждением вдыхая весенний ветер.

Мне вспомнилось, что большинство рассказов Вовы о том, как было раньше, звучали скорее как героический эпос, чем как реальные воспоминания.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное