Читаем Красные виноградники полностью

Каких оттенков буйноцветье белого!Такая небывало дружная весна.Опомнились от спячки ошалелыеземля, деревья, небо и трава.Весёлый ветер гонит спозаранкуи не даёт собраться в тучи облакам.И, вывернут на пёструю изнанку,оказывается, сшит по лоскуткамнарядный мир, обидами не тронутый.Какой тебя художник рисовал?а солнца щедро льющееся золотос водою животворной пополамразбрызгало такие пятна белогоот розовато-кремовых до чуть                   зеленовато-голубых.
Какое буйноцветье ошалелое!Как воздух, напоён прохладою                           цветенья, чист!

«…И утро тонет в серебристой дымке…»

«И льётся чистая и тёплая лазурьНа отдыхающее поле…»Ф. И. Тютчев…И утро тонет в серебристой дымке.Стоит сентябрь, а на душе – темно.Всё мысль одна:                 – Земля вконец остынет.Но ветви гнутся тяжестью плодов.Нет золота в листве, и небо ясно —спокойная безбрежная лазурь,и жертв зиме, бессмысленных, напрасных,
не кружит вихрь осенних тёмных бурь.Земля тиха, как будто бы в июне.Вот только ночи сделались длинней,да холоднее с каждым разом луны,да с каждым утром солнца свет бледней.И тяжесть на душе непроходяща,непреходяща. И в земной красеросинкой каждой утренней манящецветы тревожат память о весне.

«Ещё глазами, даже не раскрытыми…»

Ещё глазами, даже не раскрытыми,я чувствую, как свет пронизывает день.И гомон птиц через окно раскрытоепронизывает всю листву насквозь, как свет.И два желанья борются:
                                проснуться?                                           нет! Не просыпаться!Войти в мир чудный пробужденья       или мгновение на грани сна и бодрствованияостановить?И муки горше нет, чем с этим мигом распрощаться.И счастья выше нет – мир света солнечного                                                             обрести.

На восток

1. «Что имел – не берёг. Не сберёг…»

Что имел – не берёг. Не сберёг.Поезд мчит на Восток, на Восток.Ветер в двери вагона стучит —замолчи, замолчи, замолчи!А у прошлого нежен взор.
Лишь колёса лепечут: – Вздор —прожитое. Сначала – жизнь.– не могу. Научи. Подскажи, —долетел исступлённый крикдо могучих сибирских рек,до глухих непролазных лесов.Им в ответ тихий сдавленный стонударяет болью в висок:– Одинок. Одинок. Одинок.Время, сыпь побыстрей свой песок!Пусть скорее судьба унесётдале с Запада на Восток!Вот и весь материк пересёк.Ох, и как же, вправду, далёкэтот самый Дальний Восток!

2. «Что было? А было много…»

Перейти на страницу:

Все книги серии Современники и классики

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное