Красный рынок. Как устроена торговля всем, из чего состоит человек

В Англии, где располагались многие самые уважаемые медицинские учреждения, расхищение могил настолько распространилось, что на некоторых кладбищах случались настоящие схватки между скорбящими семьями и студентами-мародерами. Но едва ли не хуже была ситуация в США, где медицина прогрессировала быстрее, чем росло население. В 1760 году во всей Америке было пять медицинских школ, а всего через сто лет их число дошло до 65. В то время американцы страдали от широкого спектра болезней, что давало медицинским организациям простор для работы. Возможностей было так много, что профессия врача стала одним из вариантов реализации американской мечты. Для открытия медицинской практики не требовалось принадлежать к какому-то определенному классу; достаточно получить солидное образование и быть готовым к усердному труду.

В XIX веке в медицинские школы хлынули новички, желающие учиться и работать. Но тела – материал для обучения – было тяжело достать. Историк Майкл Саппол в своей книге A Traffic in Dead Bodies («Торговля трупами») – важной работе о «воскресителях» XIX века (под этим прозвищем были известны расхитители могил) – отмечает, что в помещениях для анатомирования царил дух товарищества: здесь врачи становились настоящими профессионалами. Они устанавливали тесные отношения в лабораториях, где разрезали на кусочки краденые мертвые тела. Врачи усвоили юмор висельников: неоднократно сообщалось, как врачи принимали эффектные позы рядом с трупами или махали отрезанными конечностями из окон медицинских колледжей в сторону оторопевших прохожих.

Кража тел была нередким явлением. В 1851 году журнал Boston Medical & Surgical Journal посвятил 21 страницу (почти целый номер) карьере доктора Чарльза Ноултона. Автор материала восхвалял эти махинации: «Риск эксгумации ничтожен по сравнению с преимуществами, которое дает им тщательное исследование человеческого тела при помощи анатомического ножа. Их жажда знаний неутолима, как тяга к выпивке у алкоголика. Именно благодаря таким людям наша профессия котируется так высоко»[8]

.

Расхищение гробниц, впрочем, не одобрялось обществом, так что врачи следовали ряду правил, чтобы свести жалобы к минимуму. Тела обычно не похищались с престижных кладбищ для белого населения. Чаще всего анатомировали трупы чернокожих или хотя бы ирландцев, стоявших ниже всех на социальной лестнице Америки. Это был практичный ответ на изменение американских и европейских погребальных традиций, связанное с повышением безопасности мертвых тел. Трупы воровали так часто, что на состоятельных кладбищах устанавливались сторожевые посты, строились внушительные стены, а могилы рылись глубже, чем на кладбищах для бедноты. Погребальные конторы продавали тяжелые бетонные памятники, которые водружались над могилой и препятствовали ее раскапыванию. В некоторых бюро ритуальных услуг даже предлагали установить сигнализацию, которая срабатывала, когда лопата похитителя касалась гроба.

Однако власти готовы были смотреть сквозь пальцы на расхищение могил по заказу медицинского сообщества, считая его неизбежным злом. Врачам нужны были мертвецы, чтобы лечить живых. Арестовывали редко, и обычно только тех копателей, кто делал это ради прибыли, а не медиков из колледжей, которые этих копателей нанимали, и не студентов, которые похищали тела для нужд науки.

Власти не собирались бороться с врачами-копателями, и общественное негодование нашло выход в самосудах. С 1765 по 1884 год в Америке произошло 20 «анатомических бунтов». Каждый из них имел несколько разные причины, но в целом это были спонтанные вспышки общественного гнева, связанные с поимкой на месте преступления похитителей тел или с тем, что на анатомическом столе кто-то обнаруживал труп своего знакомого. Эти бунты, возможно, отразились в кульминационной сцене «Франкенштейна». Толпы часто собирались на кладбище, где люди своими глазами могли увидеть пустые могилы, после чего направлялись в медицинские колледжи, бросали в окна камни и размахивали факелами. Они стремились искоренить жуткие анатомические лаборатории, но никак в этом не преуспевали. В некоторых случаях единственным способом справиться с бунтом было вызвать ополчение штата и открыть огонь по толпе, что неизбежно приводило к появлению на кладбище нескольких новых тел. Можно сказать, что бунты входили в общие затраты этого бизнеса.