Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

2. Православная церковь в России в учении веры и нравственности, богослужении, внутренней церковной дисциплине и сношениях с другими автокефальными церквами независима от государственной власти и, руководствуясь своими догматико-каноническими началами, пользуется в делах церковного законодательства, управления и суда правами самоопределения и самоуправления…[93]

Этот документ церковь намеревалась внести в Учредительное собрание[94], когда будут утверждаться новые государственно-церковные отношения. С ним должны были ознакомиться духовенство, церковный и приходской актив.

Восстановление патриаршества меняло систему высших органов церковного управления. Собор спешил до перерыва успеть завершить все ранее намеченные первоочередные дела. Одним из таких было избрание членов Священного синода и Высшего церковного совета. Этот вопрос обсуждался на пленарном заседании 7 декабря. В ходе двухступенчатых выборов митрополит Сергий (Страгородский) вошел в состав Синода, к компетенции которого были отнесены дела вероучительного, канонического и литургического характера[95]. Синод заботился «о нерушимом сохранении догматов веры и правильном их истолковании», контролировал перевод и печатание богослужебной литературы. На следующий день прошли выборы в Высший церковный совет[96]. В сформированном высшем церковном управлении (патриарх, Священный синод, Высший церковный совет) патриарху отводилась важная роль, но управлять Церковью единолично, без согласия коллегиальных органов – Синода и Совета, он не мог. Говоря современным языком, сложилась система сдержек и противовесов, когда каждая из сторон не могла выйти за рамки предписанных ей прав и обязанностей, и только все вместе они могли осуществлять управление Церковью.

9 декабря закрылась первая сессия Собора. Соборяне разъезжались по своим епархиям. Возвратился и митрополит Сергий во Владимирскую епархию. Местом пребывания он избрал Рождественско-Богородицкий мужской монастырь, расположенный в старой части города, на холме, господствующем над Клязьмой и заречной частью пригорода.

Владимир. Рождественско-Богородицкий мужской монастырь

Открытка

Начало XX в.

[Из открытых источников]

Общественно-политическая обстановка в губернии была уже совсем другой, чем в дни его избрания на Владимирскую епархию. В течение октября – декабря в губернии был сформирован Военно-революционный комитет и под его главенством была установлена советская власть, которая повсеместно приступила к реализации первых декретов Совнаркома, включая и те, что так или иначе касались «религиозного вопроса».

В. И. Ленин, председатель Совнаркома РСФСР

Фотограф М. С. Наппельбаум

Петроград. Январь 1918

[РГАСПИ. Ф. 393. Оп. 1.

Д. 28]

…К середине января 1918 г. по срочным телеграммам патриарха в Москву возвращались члены Собора. В Троицком подворье, что на Самотеке, 18 января, с пяти до восьми вечера, заседал Соборный совет, спешно рассматривавший документы и материалы к открывавшемуся в субботу, 20 января, первому заседанию второй сессии Собора. Основное внимание было сосредоточено на проекте текста послания патриарха к открывающейся сессии, подготовленном протопресвитером Николаем Любимовым. Безнадежность, наверно, так можно характеризовать ощущение, буквально разлитое в воздухе подворья… Принятые на тот момент декреты Совнаркома кардинально меняли положение религиозных организаций, вводили новые правила жизни; шла национализация церковного и храмового имущества; производились аресты духовенства по обвинению в «контрреволюции»; из губерний высылали иерархов; отсутствовали какие-либо возможности диалога с властью… наконец, широко распространялись слухи о принятии в ближайшее время декрета об отделении Церкви от государства… Вместе с тем, все ощущали, что молчать нельзя, следует протестовать. Как записал в своем дневнике митрополит Арсений Стадницкий о проекте: