Крестный путь патриарха. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Сергия (Страгородского)

Реакцией Собора, что называется на злобу дня, стали определения «О мероприятиях, вызываемых происходящим гонением на Православную церковь» (от 18 апреля) и «О мероприятиях к прекращению нестроений в церковной жизни» (от 19 апреля)[99]. В них устанавливался порядок произнесения в храмах за богослужением «особых прошений о гонимых ныне за Православную веру и церковь, и о скончавших жизнь свою исповедниках и мучениках», а также «ежегодное молитвенное поминовение… всех усопших в нынешнюю лютую годину гонений исповедников и мучеников». Епархиальным властям вменялось в обязанность собирать сведения об изъятом церковном имуществе, арестованных служителях культа и прихожанах. Одновременно мирян, священников и епископов, «не покоряющихся и противящихся церковной власти и обращающихся в делах церковных к враждебному церкви гражданскому начальству и навлекающих через то на церковь, ее служителей, ее чад и достояние многоразличные беды», а также исполнявших или участвовавших в практической реализации декрета о свободе совести и иных актов государственной власти, относящихся к деятельности религиозных объединений, ждали церковные наказания: запрещение в священнослужении, извержение из сана, лишение духовного звания, привлечение к церковному суду, отлучение от Церкви.

Митрополит Владимирский и Шуйский Сергий (Страгородский) (в центре) среди православных иерархов. Слева от него – епископы Митрофан (Загорский) и Дамиан (Воскресенский); справа – Евгений (Мерцалов), Павел (Борисовский)

Суздаль, Спасо-Евфимиев монастырь. 1918

[Из открытых источников]

20 апреля 1918 г. вторая сессия Собора завершилась. Члены Собора разъезжались по своим епархиям. Сергий Страгородский выехал во Владимир. Здесь он смог обратиться к неотложным епархиальным делам: для удобства управления епархией разделил епархию на пять митрополичьих округов и пять викариатств с правом викария самостоятельно управлять епархией под руководством митрополита. Совершил ряд выездов в приходы. В проповедях, в обращениях и письмах к епархиальным советам, благочинным и викариям Сергий неизменно призывал церковнослужителей «возгревать в душах людей огонь христианской веры», всячески активизировать проповедническую и просветительскую деятельность, организовывать при храмах преподавание Закона Божьего в рамках, дозволенных декретом об отделении церкви от государства.

Удалось даже провести епархиальный съезд духовенства и мирян. В его программу входили вопросы, касающиеся положения церкви в новых условиях ее жизни, организации церковного управления и др. Обсуждался вопрос о т. н. пастырской школе, которая призвана готовить священнослужителей из лиц, не прошедших классического курса богословских наук. Этот тип школы был предложен Собором, и за нее на Соборе особенно ратовал митрополит Сергий. Однако на съезде идея организации пастырской школы вызвала бурную критику. Не совсем чувствуя особенность момента, ее оппоненты опасались, что нравственный и богословский уровень «выходцев» из этой школы будет недостаточно высок. В защиту пастырской школы выступили лишь немногие, в частности, иеромонах Афанасий (Сахаров), обращавший внимание на то, что выпускники духовных семинарий часто отказываются занимать священнические места, а потому в приходах ощущается недостаток подготовленных кадров. Действительность подтверждала предложения Сергия. Власть, выстраивая светскую государственную школу, национализировала бывшие церковные образовательные учреждения, тем самым сокращая пространство духовного образования[100].

Съезд проходил в драматической обстановке уже начавшейся национализации монастырского и церковного имущества. Нередко монастырские и культовые здания приспосабливались властями для нерелигиозных целей с учетом складывающейся военно-политической ситуации, о которой, естественно, они не доводили до сведения власти церковные. Так, во время работы съезда в Рождественский монастырь пришли войска внутренней охраны, обслуживавшие губернский отдел ЧК. Архиерей и монахи были выселены из монастыря в странноприимный дом Успенского собора[101].

Декрет «О набатном звоне»

30 июля 1918

Подлинник. Подпись В. И. Ленина – автограф

[РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 6771. Л. 1]