Читаем Крестовые походы. Взгляд с Востока полностью

В 681/1282 году было подписано перемирие между нашим повелителем аль-Малик аль-Мансуром (Калауном) и его сыном аль-Малик ас-Салих Ала ад-Дин Али с одной стороны и Великим магистром ордена тамплиеров в Акре и на побережье братом Гильомом де Божё и всеми тамплиерами Тортосы и других мест. Мир должен был продолжаться десять лет и десять месяцев, начиная со среды, 5-го дня месяца мухаррам 681 года / 15 апреля 1282 года. Он касался территорий нашего повелителя аль-Малик аль-Мансура и его сына аль-Малик ас-Салих Ала ад-Дин Али и всего, что находится под их властью. Это Египет с провинциями, пограничными регионами и портами; Сирия с регионами, замками, крепостями, побережьем и портами, провинция Химс с окружающей территорией, исмаилитские форты с окружающей территорией (далее следует длинный список территорий султана и его сына, и всего, что может на них находиться, включая сады, мельницы, колодцы и т. д.). С другой стороны, договор относился к Тортосе, которая занята орденом тамплиеров, и всех земель ордена (далее идет список – намного более короткий).

Никто из Тортосы, ее порта и прибрежных территорий, не будет вторгаться на земли нашего повелителя аль-Малик аль-Мансура и его сына аль-Малик ас-Салиха, в их форты, города и замки, независимо от того, упомянуты они в договоре или нет. В ответ Тортоса и регионы, упомянутые в договоре, с братьями, рыцарями и подданными, живущими здесь или приехавшими на время, будут наслаждаться спокойствием и безопасностью от повелителя нашего султана аль-Малик аль-Мансура, его сына, их армий и подданных. Никто не будет вторгаться в Тортосу и ее территории, причинять вред или нападать на жителей все время, пока длится перемирие.

Если какой-нибудь корабль, идущий из земель повелителя нашего султана, или подходящий к ним из других мест, потерпит крушение или ему будет нанесен какой-нибудь ущерб в порту Тортоса, на побережье или землях, упомянутых в договоре, всем, кто находится на борту, должна быть обеспечена безопасность, а также их имуществу и грузам. Если владелец поврежденного корабля доступен, сам корабль и все, что есть на борту, должны быть переданы ему. Если смерть или утопление сделали это невозможным, его собственность должна быть отправлена под охраной представителю повелителя нашего султана. То же самое правило будет применяться к кораблям из Тортосы, потерпевшим крушение во владениях повелителя нашего султана.

На территории Тортосы, упомянутой в договоре, не должны строиться форты, а также ремонтироваться разрушенные укрепления и возводиться новые.

Договор с Акрой

Ибн Абд аз-Захир, Ташриф

В 682/1283 году наш повелитель султан согласился удовлетворить просьбу жителей Акры. Их послы время от времени являлись к нему в Сирии и Египте с просьбой о мире. Он запретил им путешествовать по суше, предложив следовать только морем всякий раз, когда им потребуется аудиенция. Так они и сделали. Была достигнута договоренность, что они сдадутся на милость султана, хотя перед этим, когда истек срок действия перемирия (с Бейбарсом от 1272 года), выдвигали неумеренные претензии. В месяце сафар этого года / мае 1283 года делегаты и знать прибыли из Акры и подписали договор о перемирии. Султан дал клятву в присутствии франкских послов – двух братьев из ордена тамплиеров, двух – из ордена госпитальеров, двух королевских рыцарей и ряда других высокопоставленных лиц. Текст был следующий:

«Объявляется перемирие между нашим повелителем султаном аль-Малик аль-Мансуром (Калауном) и его сыном аль-Малик ас-Салих Ала ад-Дин Али – да будет их власть длиться вечно! – и властями общины Акры, Си-дона, Атлита и зависимых территорий, на которые распространяется перемирие. (Далее следует поименно перечисление присутствующих лиц с указанием чинов и званий.) Перемирие продлится десять лет, десять месяцев, десять дней и десять часов, начиная с пятницы, 5-го дня первого месяца раби 682 / 3 июня 1283 года. Перемирие будет действовать во всех владениях нашего повелителя султана аль-Малик аль-Мансура (Калауна) и его сына аль-Малик ас-Салих Ала ад-Дин Али (далее следует длинный и очень подробный список владений), независимо от того, упомянуты они отдельно в договоре или нет.

Безопасность всех этих мест гарантируется властями Акры, высокопоставленными тамплиерами и госпитальерами, а также всеми франками, находящимися у них в подчинении. Она гарантируется государственными чиновниками Палестины и всеми без исключения франками, живущими в Акре и в пунктах побережья, указанных в договоре, а также всеми, кто прибывает туда по суше или морю, независимо от их расы и состояния.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Конец веры. Религия, террор и будущее разума
Конец веры. Религия, террор и будущее разума

Отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие современных верующих от критики. Блестящий анализ борьбы разума и религии от автора, чье имя находится в центре мировых дискуссий наряду с Ричардом Докинзом и Кристофером Хитченсом.Эта знаменитая книга — блестящий анализ борьбы разума и религии в современном мире. Автор демонстрирует, сколь часто в истории мы отвергали доводы разума в пользу религиозной веры — даже если эта вера порождала лишь зло и бедствия. Предостерегая против вмешательства организованной религии в мировую политику, Харрис, опираясь на доводы нейропсихологии, философии и восточной мистики, призывает создать по-истине современные основания для светской, гуманистической этики и духовности. «Конец веры» — отважная и безжалостная попытка снести стены, ограждающие верующих от критики.

Сэм Харрис

Критика / Религиоведение / Религия / Эзотерика / Документальное
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов
Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов

Ритуалы и тексты, с помощью которых люди разных культур пытаются примириться с идеей смерти, интересовала еще классиков социальных наук — Э. Тайлора, Э. Дюркгейма, Б. Малиновского. К на стоящему моменту дисциплинарные границы death studies стали намного шире, а сама эта область гуманитарных исследований претендует на статус одной из самых популярных и активно развивающихся. Книга антрополога и теолога Дугласа Дэвиса представляет собой обзорный труд, способный послужить прекрасным введением в эту научную традицию. Дэвис опирается на концепцию «слова против смерти», которая рассматривает похоронную обрядность как ответ человека на самый пугающий аспект собственной природы, попытку адаптации к нему и даже его преодоления. С этой позиции ученый рассматривает большой круг вопросов, который включает в себя человеческие реакции на утрату близких и теории горя, околосмертные переживания и символическую смерть, историю кремации и отношение к ней в разных культурах, смерть домашних животных и смерть в Интернете, новые виды экологических захоронений и крионику.Дуглас Дэвис — профессор религиоведения и директор Центра исследований смерти и жизни Даремского университета, Великобритания.

Дуглас Дэвис

Религиоведение