Критическая теория интернета

Как только мы начнем думать о сопротивлении как об организованном вмешательстве, мы сможем приступить к контрмэппингу, мониторингу тишины и выявлению истерического реализма, который так долго был скрыт. Мы заявляем о намерении проделать дыры в самоочевидной инфраструктуре повседневности. Как нас учат бизнес-гуру Силиконовой долины, подрывных технологий достаточно, чтобы обширные системы рухнули из-за своей бессмысленной рутины. Это гораздо проще, чем мы думаем. И это также приблизит революцию – то самое событие, возможность которого даже самые догматичные критики неолиберализма исключили десятки лет назад.

Чтобы быть готовым к грядущему, я расспросил несколько человек о том, что же нужно делать, начав с Ника Срничека, соавтора книги «Изобретая будущее», который недавно выпустил труд «Капитализм платформ». По мнению Ника, нам нужно привыкать блокировать пользователей. «Основная идея в социальных медиа работает и в более широком контексте публичных дебатов: как отказать в праве голоса тем, кто сознательно атакует основы разумной дискуссии?». Ева Иллуз, автор книг «Why Love Hurts: A Sociological Explanation» и «Cold Intimacies: The Making of Emotional Capitalism», считает, что начинать нужно с вопроса о дизайне истины. «Проблема в том, что противник вооружен ложью. У него нет моральных границ. Преимущество аморальных соперников в том, что их ничего не сдерживает. Нам нужно контратаковать с помощью истины, но истина обязывает и ограничивает. Так что возникает вопрос, как наделить истину властью и сделать сильнее лжи, преимущество которой в том, что ее так легко придумывать и подгонять под свои нужды?»

Возможным ответом на этот вопрос может быть отказ рассматривать мемы как изолированные цифровые объекты, которые можно пересобирать в случайном порядке. Если мы начнем с конца, то попросту застрянем на страницах сайта Know Your Meme. По словам Ника Срничека, «нам нужны истории, и это не то же самое, что рассуждения о контрмемах и остановке потока информации. Речь идет о качественно иной темпоральности, но также и о том, что новые нарративы могли бы стать основой для более своевременных откликов в социальных медиа, мемов и так далее. Вокруг Трампа и набирающих силу ультраправых есть нарратив. Для многих людей он оказывается соблазнительным и затем выражается в различных формах. У левых, в большинстве случаев, такого нарратива нет. Нам нужно добраться до сути дела, а не просто пытаться справиться с симптомами – типа всех попыток блокировать „фейковые новости“. Никто не задается вопросом, почему вдруг у публики появился спрос на эти истории и почему ей не хватает критических навыков, чтоб их распознать. Просто поменять алгоритмы новостной ленты – это неадекватный ответ».

Мемы представляют собой идеальную отправную точку для знакомства с определенной историей, но какой именно историей? Клич к созданию новых нарративов совпадает с призывами «выйти за пределы фрагментов», которые были озвучены Джоди Дин в ее книге 2016 года «Crowds and Party». Могут ли мемы способствовать центростремительным силам, которые бы нас соединили? Как говорит Дин, «было бы неплохо взглянуть, могут ли эксперименты в рамках войны мемов служить эффективным средством для борьбы с правыми, чтобы они в итоге оказались непривлекательными и нежелательными персонажами для потенциальных сторонников. Перед нами стоит необходимость создания таких мемов, которые могли бы продырявить пузыри фильтров, потому что обычно большинство мемов циркулирует внутри пузырей, в которых находятся те, кто уже друг с другом по основным вопросам согласен. Но даже если мемы и не лопают эти пузыри, они могут служить вдохновением для левых. Facebook-группа Bernie Sanders’ Dank Meme Stash [68] стала прекрасным источником радости и вдохновения в ходе президентских выборов».