Кровь и золото ислама

Хотя Газневиды были чистыми тюрками, вся их жизнь была насквозь пропитана персидской традицией, заимствованной у Саманидов. Они говорили и читали на персидском, сочиняли персидские стихи и на персидском же писали научные трактаты. Махмуд повсюду возил с собой персидских астрологов, но никогда к ним не обращался: он говорил, что держит их при дворе, потому что «таковы заведенные в стране порядки», а лично ему они не нужны. Примерно так же он относился к поэтам и ученым, стекавшимся в его столицу: покровительствовал им, как просвещенный правитель, но особой любви к наукам и искусствам не проявлял. Несмотря на это, благодаря его щедрости и меценатству в Газне собирались лучшие умы и таланты своего времени, получавшие от государства все необходимое для жизни и работы.

Масуд и другие

После смерти Махмуда осталась сильная и процветающая страна, которую уважали и боялись все соседи. Но уже при сыне Махмуда, султане Масуде, империя Газневидов начала распадаться.

В молодости Масуд проявил себя как талантливый полководец и совершил несколько удачных походов, захватив Исфахан и часть Афганистана. Это был физически сильный и храбрый человек, в одиночку ходивший на льва (однажды за день он убил восемь львов) и щедро сыпавший деньгами. Ему ничего не стоило подарить какому-нибудь купцу двадцать тысяч динаров, простить чиновнику огромный долг или послать придворному поэту целого слона, доверху нагруженного серебром. В то же время личный секретарь Масуда описывал его как упрямого, самонадеянного и недалекого правителя, любившего выпить и совершенно не разбиравшегося в административных делах. Управлять Хорасаном он поставил бездарного вора и казнокрада Абу Сахла, который драл три шкуры с жителей провинции и набивал свои карманы, но зато забрасывал султана роскошными подношениями и дарами, что тому чрезвычайно нравилось.

Масуд был обаятелен и сладкоречив – по свидетельству современника, когда он говорил, «людям казалось, что он рассыпал жемчуг и колол сахар», – учтив с виду и коварен. Узнав о смерти отца, султан отправил в столицу любезное и доброжелательное письмо, заверив всех в своем добром расположении и обещая милость и награду. В этом послании он называл хаджиба Али, заправлявшего всеми делами в городе, великим и равным себе, а своего младшего брата Мухаммеда (попытавшегося захватить власть, но к тому времени уже заключенного в крепость), засыпал уверениями, что будет обращаться с ним по-родственному и не причинит ему никакого вреда. Но как только хаджиб Али вернул ему часть индийской армии со слонами и казной, Масуд приказал его схватить, лишить хаджибских одежд и заковать в кандалы. Прибыв в Газну, он первым делом распорядился ослепить Мухаммеда, которого прежде так горячо заверял в своей братской любви. Вазира Хасанака, ложно обвиненного в карматстве, султан предал жестокой казни – «весь народ от сострадания плакал», как писал свидетель, – и его труп семь лет висел на столбе, пока тело не превратилось в кашу. Масуд умел ловко обманывать своих противников и манипулировать людьми: все его политические ходы и дипломатические хитрости были им хорошо продуманы и приносили успех.

Однако, как часто бывает в истории, талантливый царедворец и мастер интриги оказался плохим правителем. В каком-то смысле Масуду не повезло – именно в его правление на севере появились турки-сельджуки. Об их военной силе тогда еще никто не подозревал, и когда у границ империи возникли первые отряды турок, он принял их за еще одно племя северных кочевников, выпрашивавших у него земель и пастбищ в обмен на службу. Масуд решил, что такое соседство нежелательно, и отправил против них войска. То, что произошло дальше, оказалось для всех полной неожиданностью: сельджуки три раза подряд разбили считавшуюся непобедимой армию Газневидов. Солдатам не помогли ни хорошо экипированная гвардия, ни опыт закаленных в боях ветеранов, ни закованные в доспехи слоны.

Власть Масуда сразу зашаталась. После каждой проигранной битвы от его империи отваливались все новые куски. Газневиды потеряли сначала Мерв, потом Нишапур, потом весь Хорасан. Наконец, после страшного разгрома в Данданакане, где погибла почти вся газневидская армия, Масуд решил бросить столицу и бежать в Индию. Но тут против него восстали собственные войска: гулямы вернули на трон его слепого брата Мухаммеда, а Масуд был схвачен и убит.