Крылатые защитники Севастополя

63‑я авиабригада базировалась на Кубани. Как уже сказано, 2‑й минно–торпедный полк защищал Родину на дальних бомбардировщиках ДБ‑3 и ДБ-Зф. У этих двухмоторных многоцелевых воздушных кораблей было и другое название — ИЛ‑4. Ведь главным конструктором их, как и «летающих танков», был С. В. Ильюшин. [38]

Во флотской авиации ИЛ‑4 предназначался в первую очередь для поражения морских целей бомбами или торпедами. Но поскольку в первый год войны корабли появлялись в Черном море редко, а главные баталии проходили на суше, то ИЛ‑4 пришлось использовать в качестве дальнего бомбардировщика для поражения наземных целей.

В этом варианте самолет на своих могучих крыльях мог нести бомбы общим весом до трех тонн и поражать военные объекты врага, находившиеся в глубоком тылу, далеко от места базирования. Экипаж его состоял из четырех человек: летчик, штурман, стрелок–радист и стрелок.

ДБ-Зф отличался высокой живучестью. По своим летно–тактическим характеристикам он превосходил немецкий самолет подобного назначения ХЕ‑111.

В ноябре на Кубани часто стояла плохая погода, что ограничивало боевые вылеты. Да и действовал в основном 2‑й полк, летчики бомбили фашистов на подступах к Севастополю и на Керченском полуострове.

Вот сводка только за один день — 9 ноября. Из нее видно, что авиация оказала содействие сухопутным частям на Керченском полуострове, что 24 экипажа ИЛ‑4 2‑го минно–торпедного полка наносили удары по войскам противника в районе деревни Марфовки; они разбили 8 танков, 42 автомашины, в воздушном бою сбили один истребитель МЕ‑109. Два бомбардировщика не вернулись с задания, а один потерпел катастрофу при посадке.

Эту сводку дополняют строки политдонесения: «Из восьми членов двух экипажей остался жив один — лейтенант Тюлюбаев. Он тяжело ранен в ногу и плечо и отправлен в Краснодарский госпиталь».

Политдонесение подписал военком 63‑й авиабригады бригадный комиссар Н. В. Кузенко.

Скупые строки документов не могли дать полного представления о драматических событиях того хмурого осеннего дня. Хотелось выяснить подробности. А их лучше всех знал лейтенант Тюлюбаев.

Найти его помогла председатель исторической комиссии Севастопольского горкома, участница обороны города и его Почетный гражданин Антонина Алексеевна Сарина. Однажды ко мне зашел уже немолодой мужчина выше среднего роста и представился:

— Тюлюбаев, Павел Степанович. Я к вам по рекомендации товарища Сариной…

Да, это был тот самый черноморец, чье имя названо в политдонесении. Он прибыл из Ворошиловграда. Нетрудно [39] догадаться, насколько радостна была эта встреча. Мы долго беседовали. Воскрешая в памяти пережитое, гость не смог сдержать слез.

Третья эскадрилья, в которой служил Тюлюбаев, базировалось на аэродроме станицы Киевской. Командование полка поставило перед ней задачу: двум звеньям ДБ-Зф нанести удар по танкам в районе деревни Марфовки. От Анапы бомбардировщиков должны были сопровождать истребители.

Первым в небо поднялось звено, которое вел командир эскадрильи капитан И. П. Скориков. С ним летел штурман эскадрильи старший лейтенант Алексей Албул, тоже не новичок в авиации. Еще до Великой Отечественной войны он участвовал в разгроме белофиннов и был награжден орденом Красного Знамени.

Летели строем «клин». Правый ведомый экипаж возглавлял лейтенант Аркадий Горбачев, левый — лейтенант Константин Попков.

Все три экипажа состояли из обстрелянных бойцов. Не раз бомбили вражеские базы Констанцу, Тулчу, Плоешти. Знали дорогу и на Бухарест, где «угощали» прихвостней Гитлера тонными фугасками, неоднократно отбивали яростные атаки «мессершмиттов».

Второе звено вылетело несколько позже. Его вел дублер командира эскадрильи капитан В. И. Стародуб, ныне полковник в отставке.

Вот и Анапа. Здесь должны пристроиться истребители сопровождения. Но их почему–то не оказалось. Пришлось продолжать путь без прикрытия, хотя в дневное время это было рискованно.

На подходе к Марфовке появились два вражеских истребителя МЕ‑109, они пытались преградить черноморцам путь. Отбив атаки, бомбардировщики прорвались к цели. Но едва штурманы успели сбросить фугаски, как вновь появились «мессершмитты». И не два, а пять. Они атаковали самолет лейтенанта Попкова и подожгли оба мотора.