Крылья и оковы материнской любви

И будет ли это детство счастливым и светлым или горьким, полным боли и печали, прежде всего зависит от того, какие события происходят в мире, где живет ребенок, от того, что видят его глаза и слышат его уши, от этого зависит, из каких переживаний будет соткана его душа. Из маминой песни или маминого крика, из маминого смеха или маминых слез, из огня любви, горящего между родителями или из холода ненависти? Будет душа сильной и открытой или слабой и запуганной. Не во всем, конечно, но в большей своей части зависит от матери, от мира, в который она привела своего ребенка.

Перед лицом смерти

Итак, цепочка нашей жизни по линии мать – дитя такова:

мать – взрослая, всесильная, божественная, ребенок – маленький, зависимый, слабый;

мать – еще молодая, полная сил и планов, ребенок – уже взрослый, признанный обществом полноправный гражданин (равновесие);

мать – уже пожилая, слабеющая физически, не имеющая прежней воли, часто зависимая морально и материально, ребенок – зрелый человек, со всеми заботами и сложностями взрослой жизни, у которого, чаще всего, уже есть свои дети.

Неизбежный закон человеческого бытия.

Мы посмотрели на сложности, и радости, и возможности первого звена, мы говорили о возможностях периода равновесия, о шансах, которое оно дает. Наверное, тяжелее всего говорить о третьем звене. Периоде, когда в определенном смысле дети и родители меняются местами. Периоде, когда родители неизбежно испробуют вкус плодов, которые они взрастили. И будут ли это горькие плоды одиночества, сладкие плоды благодарности или безвкусные плоды обязательств и соблюденных приличий – все это будут плоды наших усилий, наших трудов и наших талантов садовника. Многое, очень многое закладывается именно в том, начальном, первом звене.

...

Она ни черта не видит. Она ничего не помнит. Я боюсь оставлять ее одну, как бы пожар не устроила, как бы соседей не залила. Лезет во все. Сил моих от нее уже нету.

Это вам ничего не напоминает? Особенно хорошо удаются стихи и песни о любви к старенькой, уже немощной маме у тех, кто не помнит, когда видел ее последний раз. Только вот когда что-то сильно не складывается и когда уже совсем больше некуда идти и амбиции разбились о реальную жизнь, эти гордые обломки чаще всего прибивает к материнскому дому, к этой уже по-старчески слабой, плохо видящей, ничего в современной жизни не понимающей, с мобильным справиться не может, «Какой компьютер, о чем вы?! Маме?!». Все правильно. А куда еще? Негде больше искать надежду на безусловную любовь.

Наверное, вы увидели, что я сторонник прав на самостоятельную, свою жизнь и для выросших детей, и для родителей. Вопрос ведь совсем простой: есть ли место и какое для родителей в жизни взрослых детей, и есть ли место и какое оно для детей в жизни родителей?

Пространство жизни каждого человека обширно и разнообразно, и если он потратил интеллектуальные и душевные силы на преодоление хаоса в этом пространстве, если видит смысл в превращении пространства своей жизни в свое произведение из сумятицы и винегрета случайных поступков, неведомо откуда взявшихся мнений, суждений, ценностей и целей, то так же, как у матери есть шанс увидеть, кто пришел в этот мир в момент рождения ее ребенка, так у взрослых детей есть шанс узнать этих людей, которых он привык называть просто «мама» и «папа». И тогда в той части пространства жизни взрослого человека обнаружится место, где в нем живут его родители, люди, у которых, как ни странно, есть свои желания, свои проблемы, свои трудности и взаимоотношения с этими людьми можно будет строить так же, как мы строим со всеми другими, кто нас окружает, а не маяться со старенькой матерью, как с чемоданом без ручки – нести тяжело и бросить невозможно.

Когда родители стареют и слабеют, нас ждут непростые разговоры и непростые решения. Но вспомните, как вам было тяжело, когда они, молодые и сильные, решали за вас и даже иногда тяготились вами, вы можете все это повторить, а можете доказать, что вы идете дальше, что вы помудрели и многому научились, не только на том хорошем, что получили от них, но и на их ошибках.