Крымская война 1853-1856 гг.

Война потребовала, во-первых, колоссального количества оружия и боеприпасов, а производить их в достаточном количестве отсталая военная промышленность крепостной России не могла. «Мы должны сознаться в том, — продолжал Милютин в той же записке, — что нам трудно в этом отношении меряться с неистощимым обилием средств западной промышленной Европы… При всей усиленной деятельности наших оружейных заводов не было никакой возможности снабдить в столь короткое время всю массу наших армий таким же усовершенствованным оружием, какое имеют враждебные нам армии»[86]. В результате снабжение русской армии и флота всем необходимым происходило главным образом за счет накопленных до войны запасов. Но к 1856 г. запасы эти начали иссякать: из более чем полумиллиона ружей, хранившихся на складах, осталось лишь 90 тысяч, из 1656 артиллерийских орудий — 253 и т. д. Пороху и свинцу в стране выпускалось почти вдвое меньше, чем требовалось для успешного ведения боевых действий. Столь же плохо обстояло дело и с обмундированием войск. Таким образом, у России не хватало оружия, боеприпасов и снаряжения для продолжения войны.

Война потребовала, в-третьих, громадных денежных средств. За два года военных действий на нее было истрачено до 500 млн. руб. — почти трехлетний доход государства. На третий год требовалось еще несколько сот миллионов рублей, а между тем массовое разорение крестьянства исключало всякую возможность существенно повысить доходы государства. Несмотря на рост налогов, эти доходы выросли по сравнению с 1853 г. всего на 34 млн. руб., в то время как расходы выросли более чем на 200 млн. руб. В результате дефицит бюджета превысил в 1855 г. 282 млн. руб., и попытка покрыть его за счет усиленного выпуска бумажных денег привела к инфляции. Финансовый кризис крайне осложнял положение с ассигнованиями на военные расходы. Таким образом, у России не хватало денежных средств для продолжения войны.

Война потребовала, в-четвертых, огромного количества продовольствия для армии. Между тем ближайшие к театрам военных действий области России были в этом отношении совершенно истощены, а плохие дороги и примитивность транспортных средств очень затрудняли подвоз из отдаленных областей. Таким образом, у России не было запасов продовольствия для продолжения войны.

Наконец, важно отметить, что плохое состояние путей сообщения и транспортных средств осложняло не только подвоз боеприпасов и продовольствия к театрам военных действий. Оно тормозило и само передвижение войск на этих театрах. «А между тем, — отмечал Милютин, — при обороне непомерного протяжения берегов наших против флотов и десантов, весь стратегический расчет основывается только на быстроте передвижения войск»[87]. Таким образом, у России не было ни хороших путей сообщения, ни достаточных транспортных средств для продолжения войны.

«Крымская война, — писал В. И. Ленин, — показала гнилость и бессилие крепостной России»[88]. Без развитой промышленности, без высокопродуктивного сельского хозяйства, без хорошего транспорта одержать победу на войне в эпоху капитализма оказалось невозможным.

С другой стороны, массовое разорение русского крестьянства в годы Крымской войны не могло не привести и действительно привело к новому подъему борьбы крестьян против их угнетателей — помещиков. Начиная с 1854 г., количество крестьянских волнений, по сравнению с довоенным периодом, увеличилось больше чем в три раза, причем выступления крестьян не только охватывали все большее количество губерний, но и принимали все более решительный характер.

Особенно широкий размах приобрело крестьянское движение в России в связи с созданием в 1855 г. народного ополчения численностью свыше 364 тысяч человек. В военном отношении ополченцы ничем, кроме формы одежды, не отличались от рекрутов. Как и рекруты, они после обучения направлялись в действующие войска, где составляли особые части или подразделения. Несколько дружин (батальонов) ополчения приняло, в частности, активное участие в обороне Севастополя, влившись летом 1855 г. в состав гарнизона города. Но ополченцы существенно отличались от рекрутов в социальном отношении. Рекруты с уходом в армию полностью выходили из крепостной зависимости, а ополченцы освобождались от нее лишь на время войны, а затем снова должны были вернуться в собственность помещиков. С помощью такого маневра царское правительство стремилось оградить интересы помещиков-крепостников, избавив их хозяйство от значительной потери крепостной рабочей силы.