Читаем Крымская война 1853-1856 гг. полностью

Кроме армейских корпусов, в состав сухопутных сил России входили также гвардейский пехотный, гвардейский кавалерийский и гренадерский пехотный корпуса — отборные привилегированные войска, игравшие роль главного резерва на войне и наиболее надежного оплота царизма в случае революции. Наконец, отдельные Кавказский, Сибирский, Оренбургский и Финляндский корпуса, Корпус внутренней стражи, резервные и запасные дивизии, местные и вспомогательные войска представляли собой соединения различного состава, предназначенные, как уже сказано выше, в основном, для службы внутри страны[15].

Пехота и кавалерия в тактическом отношении разделялись на легкую и тяжелую. Легкая пехота и кавалерия предназначались для действий вспомогательного характера (разведка, охранение флангов и тыла, перестрелка, завязывание боя или прикрытие отхода, действия на сильно пересеченной местности и т. д.), тяжелая — для нанесения противнику в сражении основного удара.

Тяжелая пехота называлась линейной, легкая — егерской. Два егерских полка составляли, как правило, первую бригаду каждой пехотной дивизии, а два линейных — вторую. Впрочем, к тому времени разница между линейной и егерской пехотой в русской армии почти совершенно стерлась, так как и организация, и обучение, и вооружение всех полков стало одинаковым. Действительно легкой пехотой можно было считать в то время лишь стрелковые батальоны пехотных корпусов.

Тяжелая кавалерия имела более крупных лошадей и составляла поэтому отдельные дивизии. В некоторых из этих дивизий кавалеристы носили нагрудные латы (кирасы). Эти дивизии назывались кирасирскими. В других дивизиях кавалеристы лат не имели, но зато могли спешиваться и действовать в бою как пехотинцы. Такие дивизии назывались драгунскими. Легкие кавалерийские дивизии состояли из уланской и гусарской бригад, отличавшихся друг от друга лишь формой одежды.

Артиллерия разделялась на осадную, крепостную и полевую. Осадная и крепостная артиллерия имела на вооружении тяжелые, малоподвижные орудия, предназначавшиеся соответственно для осады или обороны крепостей. Батареи полевой артиллерии, смотря по калибру орудий, в свою очередь делились на батарейные (тяжелые) и легкие. Батареи, приданные кавалерии, назывались соответственно конно-батарейными или конно-легкими.

Инженерные войска состояли из саперных батальонов, действовавших совместно с пехотой, конно-пионерных дивизионов, придававшихся кавалерийским соединениям, и специальных частей особого назначения.

Особое место в сухопутных силах России того времени занимали казачьи войска, резко отличавшиеся от регулярной армии и организацией, и способом комплектования, и формой одежды, и боевыми приемами. Эти войска, носившие название нерегулярных (или иррегулярных), состояли в основном из конницы, которая делилась на конные полки и сотни[16], придававшиеся частям регулярной армии. Кроме того, существовало несколько пеших казачьих батальонов, называвшихся пластунскими. Казачьи полки имели собственную легкую артиллерию.

В военное время казачьи войска могли быть доведены до 240 тысяч человек. В мирное же время из этого числа находилось на службе (главным образом в отдельном Кавказском корпусе) не более 60–80 тысяч человек. Помимо казачьих полков, в состав иррегулярных войск входили также национальные формирования (грузинские, армянские, греческие, татарские, башкирские и другие части), общая численность которых равнялась примерно 8—10 тысячам человек.

Военно-морские силы России состояли из Балтийского и Черноморского флотов, а также Архангельской, Каспийской и Камчатской флотилий. Балтийский флот включал в себя 25 парусных линейных кораблей, 7 парусных и 11 паровых фрегатов, 5 парусных и 12 паровых судов меньшего размера, а также несколько десятков вспомогательных судов[17]. Черноморский флот состоял из 14 парусных линейных кораблей, 7 парусных и 7 паровых фрегатов, 17 парусных и 21 парового судов меньшего размера и нескольких десятков вспомогательных судов. Кроме того, в состав Черноморского флота входила Дунайская флотилия, состоявшая из 2 пароходов, 27 канонерских лодок и нескольких вспомогательных судов. Остальные флотилии серьезного боевого значения не имели.

Балтийский флот делился на три дивизии, а Черноморский — на две. Флотская дивизия состояла из трех бригад, каждая из которых включала в себя, как правило, два-три линейных корабля, несколько фрегатов и несколько судов меньшего размера. Личный состав флота делился на экипажи (батальоны), из которых формировались команды кораблей и береговые команды. Всего в военно-морских силах России накануне Крымской войны насчитывалось около 90 тысяч матросов и офицеров.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научно-популярная серия

Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность
Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность

Для широкого круга читателей большой интерес представляет жизнь Г. Н. Потанина — выдающегося исследователя стран и народов Внутренней Азии, культурного деятеля, много способствовавшего просвещению Сибири до Великой Октябрьской революции.Григорий Николаевич Потанин организовал изучение быта и эпоса бурят и других сибирских народов, устраивал музеи и выставки, хлопотал об открытии новых отделов Географического общества, был в числе учредителей первых высших женских курсов в Томске и общества вспомоществования их учащимся; организовал в Томске Общество изучения Сибири и раздобыл ему средства для отправки экспедиции в Монголию по изучению русской торговли; принимал живое участие в сибирской передовой периодической печати. По окончании путешествий он занялся также обработкой собранных материалов по верованиям и сказаниям тюркских и монгольских народов и пришел к интересным выводам о связи между восточными и западными легендами относительно сына божьего, изложенным в нескольких трудах.

Владимир Афанасьевич Обручев

Биографии и Мемуары / Приключения / Путешествия и география / Документальное
Иван Грозный
Иван Грозный

Из текста: Если бы Иван IV умер в 1566 г., в момент своих величайших успехов на западном фронте, своего приготовления к окончательному завоеванию Ливонии, историческая память присвоила бы ему имя великого завоевателя, создателя крупнейшей в мире державы, подобного Александру Македонскому. Вина утраты покоренного им Прибалтийского края пала бы тогда на его преемников: ведь и Александра только преждевременная смерть избавила от прямой встречи с распадением созданной им империи. В случае такого раннего конца, на 36-м году жизни, Иван IV остался бы в исторической традиции окруженный славой замечательного реформатора, организатора военно-служилого класса, основателя административной централизации Московской державы. Ивану Грозному, однако, выпала на долю иная судьба, глубоко трагическая. Он прожил еще 18 лет, и это были годы тяжелых потерь, великих несчастий для страны.

Роберт Юрьевич Виппер

Историческая проза

Похожие книги

Записки из чемодана
Записки из чемодана

Иван Александрович Серов (1905–1990) — монументальная фигура нашей новейшей истории, один из руководителей НКВД-МВД СССР в 1941–1953 гг., первый председатель КГБ СССР в 1954–1958 гг., начальник ГРУ ГШ в 1958–1963 гг., генерал армии, Герой Советского Союза, едва ли не самый могущественный и информированный человек своего времени. Волею судеб он оказался вовлечен в важнейшие события 1940-1960-х годов, в прямом смысле являясь одним из их творцов.Между тем современные историки рисуют портрет Серова преимущественно мрачными, негативными красками. Его реальные заслуги и успехи почти неизвестны обществу, а в большинстве исследований он предстает узколобым палачом-сталинистом, способным лишь на жестокие расправы.Публикуемые сегодня дневники впервые раскрывают масштаб личности Ивана Серова. Издание снабжено комментариями и примечаниями известного публициста, депутата Госдумы, члена Центрального Совета Российского военно-исторического общества Александра Хинштейна.Уникальность книге добавляют неизвестные до сегодняшнего дня фотографии и документы из личного архива И. А. Серова.

Александр Евсеевич Хинштейн , Иван Александрович Серов

Детективы / Биографии и Мемуары / Военная история / Спецслужбы / Документальное
«Моссад» и другие спецслужбы Израиля
«Моссад» и другие спецслужбы Израиля

Хотя история израильских спецслужб насчитывает всего две трети века, они заслуженно считаются одними из самых эффективных и профессиональных в мире – едва ли не ежегодно средства массовой информации сообщают о ликвидации агентами «Моссада» очередного главаря террористов. Правда, всячески рекламируя собственные успехи, израильские «рыцари плаща и кинжала» предпочитают замалчивать неудачи и провалы. Эта энциклопедия восстанавливает подлинную историю побед и поражений легендарного «Моссада», впервые обнародовав подробности сотен тайных операций, диверсий и «точечных ликвидаций», проведенных израильскими спецслужбами с 1948 по 2010 г.Как в Израиль попал секретный хрущевский доклад «о разоблачении культа личности Сталина»? Почему «Моссад» предоставил ошибочные данные о военных планах Египта и Сирии накануне войны Судного дня, а военная разведка «Аман» проигнорировала более 200 сообщений о готовящейся атаке? Сколько советских агентов безнаказанно действовали на Земле Обетованной? Из-за чего половина руководителей израильских спецслужб вынуждена со скандалом уходить в отставку раньше срока? И почему, несмотря на все усилия, органы государственной безопасности Израиля не могут защитить собственных граждан от ракетных обстрелов и атак террористов?

Александр Север

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
Элитный снайпер. Путешествие в один конец
Элитный снайпер. Путешествие в один конец

Место действия — Ирак, время действия — наши дни, действующие лица — снайперы элитных подразделений армии США. Задание — выявить и ликвидировать неприятельского снайпера. Эта захватывающая книга написана на основе подлинных деталей будней солдат спецназа США в Ираке. Никаких преувеличений, никакого пафоса, только суровая и неприглядная правда войны. Описанные в романе спецоперации происходили в действительности, каждый персонаж имеет реальный прототип. Военный корреспондент, неоднократно побывавший в горячих точках, Скотт Макьюэн не понаслышке знает героев своего произведения. Этот уникальный опыт позволил ему стать соавтором мемуаров самого прославленного снайпера в американской военной истории, знаменитого Криса Кайла, которого можно узнать в одном из героев романа под именем Гил.

Томас Колоньяр , Скотт Макьюэн

Детективы / Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / Cпецслужбы