Кто владеет мячом? Как научить сотрудников держать «мяч» ответственности на своем «поле»

А теперь вот эта внезапная латынь… Зачем ему? Мартин ведь и правда изучал древний язык в школе. Но был совершенно уверен: в разговорах со Стивом он ни разу об этом не упоминал. А значит, это либо случайное попадание в цель, либо Ханна говорила о нем с Вильгельмом. Вот только когда? В то время, когда проходила у него обучение? Но почему она вообще его обсуждала с кем-то?

Размышления прерывает бодрый голос Стива: «Алло, Мартин, вы еще здесь?»

Приходится сосредоточиться и ответить: «Да, конечно, извините! Но я хочу понять, что не так с моей мотивационной беседой? Совсем недавно вы сказали, что я все сделал правильно!»

Крюгер не говорит на латыни

Кажется, тренер снова улыбается: «Я сказал, что вы многое сделали очень хорошо. И считаю, что лишь малая часть ваших знакомых управленцев смогла бы выполнить это задание на таком уровне. Скажу даже так: это я знаю наверняка, потому что через сессии со мной прошли сотни людей, работающих в той же сфере. А еще я абсолютно убежден: на этот раз вы достигли большего успеха, чем во время любой предыдущей встречи с герром Крюгером. Кроме того, я точно знаю – только с помощью нового подхода у вас получится достичь одной из основных целей. Меньше забывчивости у сотрудников? Да! Больше самостоятельности и ответственности? Точно нет! Мы можем подождать несколько недель и посмотреть, что будет. Но как только вы найдете свежий сыр, закрывающий от покупателей старые запасы, вы поймете, что я прав. А уже после этого сможете снова связаться со мной. Может быть, мы прервемся до тех пор?»

Мартина поражает, насколько Вильгельм уверен в собственных словах. Обычно это злило. Но искреннее дружелюбие собеседника и регулярное одобрение с его стороны не давало негативным эмоциям взять верх.

Мартин ненадолго задумывается и решается спросить: «Скажите, а какое отношение латынь имеет к моему разговору с герром Крюгером? Он, конечно, ее не знает. К тому же вы до сих пор не рассказали мне о мяче! Хотя в первом разговоре о нем упоминалось».

«Не знаю, означает ли это, что мы двигаемся дальше, но буду рад ответить на ваши вопросы. По крайней мере, на те, что касаются латыни. Мартин, вспомните, откуда взялось слово “мотивация”?»

«Думаю, от movere?» – автоматически отвечает Мартин.

«Очень хорошо! И что оно означает?»

«Если мне не изменяет память, то “шевелить, двигать, везти”?»

«Превосходно! Двигать – то есть кого-то или что-то. Это мы выяснили. Так в чем же тогда заключается мотивация сама по себе?

«Двигать кого-нибудь. Так?»

Мартин слышит, как Вильгельм весело смеется: «Надеюсь, вы не о том, чтобы переместить кого-то с места на место, как шкаф. Итак, мы выяснили: мотивация связана с тем, чтобы заставить кого-то двигаться. Учитываем это значение».

«Хорошо, что дальше?» – Мартин сбит с толку и не понимает, к чему все идет.

«Дорогой Мартин, ваша мотивационная беседа тоже должна была стать стартом для вашего сотрудника. Так кто же из вас сильнее продвинулся вперед за время беседы: вы сам или герр Крюгер? Это ключевой вопрос нашей сегодняшней встречи».

Мартин поглядывает на экран, где до сих пор висит окно с его видео. Он не понимает, к чему коуч задает такие странные вопросы. И без того понятно, что мотивация – это не какое-то там физическое упражнение!

«Мы с Крюгером разговаривали, – говорит он. – Вы дали мне понять, что не нужно каждый раз объяснять ему, как выполнять работу. А еще – что лучше объяснить, почему он должен выполнять задание. И я это сделал! При этом вы меня хвалили, Стив. Вам все понравилось. Так в чем же сейчас дело? Что-то снова неправильно?»

«Вы отлично излагаете суть дела, Мартин. Вы смогли объяснить герру Крюгеру, почему его работа важна. Но удалось ли вам его мотивировать? Об этом я и говорю сегодня. Кстати, наши десять минут истекли. У меня к вам предложение: после нашего разговора запустите на видео в ускоренной перемотке! Тогда вы сразу поймете, что я имею в виду. И заранее объявляю: следующее наше занятие пройдет “под руководством” моей коллеги Марии Кралл. Завтра покажу видео, на котором она участвует в тренинге. Это ваша третья сессия, хорошо? Уверен, что к концу занятия вы поймете мою метафору с мячом».

Мартин огорчен: «Я не знаю, подходит ли мне это. Вы хотите отдать наши следующие десять минут какой-то видеокассете. Это ваш риск! В конце концов, если мне ничего не поможет, оплату вы не получите».

«Я интерпретирую ваш ответ как согласие. До скорой встречи, Мартин!» – раздается в трубке бодрый голос собеседника, а затем линия замолкает.

У Мартина снова гудит голова. А Стива Вильгельма, похоже, ничто не может вывести из себя! То, что он сам не будет проводить следующее занятие, сильно раздражает. И да, пусть коуч и сам об этом попросил, но Мартин все равно чувствует себя невероятно подавленным. А еще мужчина замечает вот что: Вильгельм продолжает хвалить его даже при провалах. Если Мартин делает что-то отлично на 25 %, а на остальные 75 % – плохо, то Стив все равно доволен и отмечает его усилия. Почему? Это и есть мотивация? Или, скорее, манипуляция?