Куда летит время. Увлекательное исследование о природе времени

«На этот счет есть разные теории», – сказал я.

«Расскажи хотя бы об одной!»

Есть мнение, изрек я, что Солнце, постоянно расширяясь, однажды достигнет огромных размеров и поглотит Землю. «Но это случится в таком далеком будущем, что мы едва ли это можем себе представить», – заверил я.

«А какая вторая?»

«Нас затянет в черную дыру», – произнес брат.

«Да, быть может, нас засосет черная дыра», – согласился я.

«А третья теория?»

Я объяснил, что Вселенная зародилась в единой точке, потом последовал Большой взрыв, в результате которого она расширилась до необъятных размеров, но в конце концов космос перестанет расширяться и, возможно, начнет сжиматься и снова сойдется в одну точку. «Так что нас всех сплющит в одну точку», – подытожил я.

«Правда?»

«Может быть», – сказал я.

«Это случится через много-много лет?»

«Да, ждать еще очень долго».

«Тогда нас уже не будет».

«Да, мы этого не застанем», – согласился я.

«Папа, а есть еще какая-нибудь теория?»

«Давай придумаем еще одну, а потом будем готовиться ко сну», – предложил я.

«Папочка, если мир станет точкой, он может снова расшириться?»

«Да, такое тоже возможно. Тогда все начнется сначала».

«А может, и не начнется», – возразил сын.

«Возможно, и нет, – ответил я. – Во всяком случае, интересно над этим поразмыслить».

Позже мальчики всерьез озаботились моими родителями. Моя мать на середине девятого десятка, а отцу миновало девяносто, и они живут в нескольких часах езды от нас в доме, где я вырос. С каждым минувшим днем мои родители все больше напоминают феномен человеческой биологии: они работают в саду, поют в церковном хоре и раз в неделю занимаются в гимнастическом зале под руководством тренера. У моих родителей есть увлечения: они посещают собрания общества читателей и клуб фотографии, решают кроссворды и смотрят кино; они по-прежнему водят автомобиль, вынуждая меня беспокоиться. Мы с женой стараемся часто навещать их и берем с собой мальчиков, но этого все равно недостаточно.

Пару лет назад я с отцом и мальчиками поехали на ярмарку нашего штата. В детстве мы с родителями каждый год выезжали туда на экскурсию. Мероприятие длится несколько дней с конца августа по сентябрь; обширная ярмарочная площадь пестрит павильонами и лотками. Тут есть на что посмотреть: соревнования петушиного пения и конкурсы на лучшее вымя, цветочные шоу, выставки лоскутных одеял и бабочек; ряд за рядом демонстрируют кроликов и голубей старинных фермерских пород, бородатый зазывала нахваливает деревообрабатывающий инструмент. Повсюду идет бойкая торговля смесительным оборудованием и сладкой ватой, приправленной кленовым сиропом. Рядом обнаруживается парк развлечений с аттракционами, навевающими дурноту, и настольными играми сомнительного толка; разумеется, не обходится без масляных скульптур.

САМОСТЬ, СПОСОБНАЯ ЗАМЕТИТЬ, ЧТО ВСЕМУ ВОКРУГ ПРИХОДИТ КОНЕЦ, НЕИЗБЕЖНО ПРИХОДИТ К ВЫВОДУ, ЧТО И ЕЙ ОДНАЖДЫ ПРЕДСТОИТ ИСЧЕЗНУТЬ ТЕМ ИЛИ ИНЫМ СПОСОБОМ

Не желая утруждать себя поиском парковочных мест, мы сели на челночный автобус, курсирующий от торгового центра «Шопингтаун Молл». Мой отец завел речь о войне: в 1944 году его призвали в армию, но из-за слабого зрения его признали негодным к военной службе, чему я, возможно, обязан своим существованием. Зато когда война закончилась, отец провел несколько месяцев в военном госпитале в окрестностях Парижа, выполняя канцелярскую работу. На выходных они с товарищами выбирались в город и продавали местным жителям сигареты из своих пайков, а на вырученные деньги приобретали духи и чулки, которые перепродавали ребятам с базы. Параллельно отец изучал французский язык, прокручивая в уме иностранные выражения. Время от времени, заходя в автобус или прогуливаясь в городе, он ловил себя на том, как в уме неожиданно всплывало какое-нибудь французское выражение, словно он репетировал пьесу.

Позже отец признался, что с недавних пор его преследует другой внутренний монолог: он все чаще думает о своем возрасте и о своих друзьях, которые постепенно уходят – умирают, если говорить начистоту. За последние годы мои родители потеряли нескольких близких друзей. Потом отец заговорил о глазных каплях, которые принимал по указанию врача. Как он признался, иногда он брал в руки флакончик и задумывался о том, как чудесно устроены глаза и как удивительно, что они до сих пор функционируют. Иногда похожие мысли появляются и при посещении туалета: иной раз бывает любопытно поразмыслить над тем, как переваривается еда и удаляются ее остатки: проходя по кишечнику, пища отдает все полезные вещества на благо биомеханики нашего организма до тех пор, пока все запасы питательных компонентов не будут исчерпаны.

* * *