– Ты, по-моему, первая из эромоделей, которая гонялась за акулами.
А. С.: Кто родился на Черном море, тому не быть дайвером – это просто преступление. Жак-Ив Кусто был всегда моим героем. У меня, кстати, были мысли: либо я пойду туда, либо все-таки в музыку. Но музыка победила. А потом тоже стали, как Кусто, Евгений, с твоим приятелем Андреем Вадимовичем.
– Ну то, что акула не сожрала, это видно.
А. С.: Подавилась.
– А Макара закуснула она?
А. С.: Макар при мне цапнул кита за хвост, вот так вот двумя пальцами за хвост, и он этим плавником как дал, что Макар вылетел пробкой. Слава богу, было не глубоко, иначе у него была бы травма.
– Сколько лет назад это было? Я просто считаю. Так. И что?
А. С.: На самом деле с белой акулой мне не удалось поплавать, но вот с шелковыми удалось. Они не были агрессивными, если не захочется с лодки в купальнике прыгнуть пописать вдруг. На это они реагируют.
– На что? На прыгнуть или пописать?
А. С.: На яркую, на попу в ярком купальнике.
– Последний вопрос: как акулы реагируют на блондинок?
А. С.: Знаете что? Акул, на самом деле, можно ловить. Если ее поймать за ее этот хвостовой плавник, нужно взять ее и вот так вот этот плавник загнуть. И она тогда застывает. Она впадает в какой-то коматоз. А белой акуле нужно в нос вот так вот сделать, и тогда она тоже приблизительно в таком состоянии висит. Вот ты, кстати, затронул тему. Мне сейчас очень интересна тема – наука, медицина, психология, вообще биология, химия. Вот все, от чего мы шарахались в свое время в школе, – вот это очень, очень интересно.
Ладно, друзья, сейчас мы вас повеселим. Давайте мы вспомним самые дурные 90-е годы. Вот все, что рассказывают – какие-то ужасы, я этого не помню. Мне было как-то весело и хорошо. Да, бандиты сидели – киношные такие. Все это было очень весело.
– Да, обхохочешься.
А. С.: Короче, эта песня отражает дух!
Линда
«Линда – как много в этом звуке имени! Прилетела вороной, черной и смурной, покружила, поклевала наши души и смылась в только известном ей самой направлении. Я даже думал, что она переселилась в другую страну. Но оказалось, что она здесь, и весьма успешно гастролирует, а раз здесь – то, конечно, расставили силки и ловушки, бай, и схомутали ее под черные крылья. Мне стыдно признаться, но до съемок «Квартирника» я Линду живьем не видел ни разу, каюсь… Но! У нас все получилось – Линда – ого‑го, музыканты – ух, звук – о как! Я доволен, дело – за вами!» – Евгений Маргулис.
– Линда на «Квартирнике»! Мы не пересекались никогда, никогда. По телевизору она выступала, но выступала клево, нормально – одета в черное, красивые клипы. А ты квартирники вообще когда-нибудь играла или нет?
Светлана Гейман: Первый раз в жизни.
– Для домашней аудитории – сидит, например, интеллигентный папа в очках с портфелем финансиста, а ты со своими друзьями показываешь свои какие-то новые песенки.
С. Г.: Это вопрос сейчас?
– Утверждение, но, наверное, вопрос. Было что-нибудь подобное или нет?
С. Г.: Нет, подобного не было.
– И как тебе?
С. Г.: В принципе, для меня ничего не меняется – слагаемые местами дают один и тот же результат.
– Хорошо, ты меня срезала. Но ты достаточно закрытый человек, как я понимаю, потому что информации о тебе совершенно мало. Мои шпионы искали, искали – вспомнили бабушку. Тебе бабушка придумала имя. У тебя бабушка была веселее, чем моя. Но вопрос совершенно другой. А что ты слушала в детстве?
С. Г.: Вертинского.
– Ну, и?
С. Г: У нас в доме в основном звучала классика.
– Это достаточно альтернативная музыка, которую ты играешь. К этому же надо дойти или нет? Или с Вертинского прямо раз, и ты стала придумывать такие песенки?
С. Г.: Да я, в принципе, никуда не шла. Просто судьба же, как ковер – по ниточке ткется. Вот таким образом доткался до сегодняшнего момента.
– Ну, в принципе, доткался до «Квартирника» – это весьма неплохо.
– Прочитал про тебя, что ты была гимнасткой. Вранье?
С. Г.: Нет. Совершенно правда.
– И?
С. Г.: Получила травму, ушла из спорта.
– Ты была гиперактивным ребенком, спала по 3 часа в сутки и пошла в гимнастки, да?
С. Г.: Нет, по 3 часа я стала спать вот в данный момент времени.
– О, но это меняет картину. И как тебе?
С. Г.: Нравится.
– А вот с чего все начиналось?