С. Г.: Я понимаю, что ты это слушать не будешь, но это хороший подарок.
– Буду, буду, буду.
С. Г.: А это зрителям – 25 пластинок. Передавайте, оставляйте себе только то, чего у вас нет.
– Первые ряды должны передавать последним. Серега!
С. Г.: Я здесь, Ваше Величество.
– Отворачивайся, тоже есть сюрприз, не знаю какой.
С. Г.: Можно поворачиваться уже, да?
– Да, да, да.
С. Г.: Спасибо огромное! Да, речь идет о песне «Детское сердце». Только Женя мог уговорить взрослых приличных людей надеть эти носики!
– Просто вопрос, Серега. «Гулливеры» закончились, потом «Бригада С» – совершенно сумасшедшая команда. Единственное, я не могу вспомнить – вышел дурацкий совершенно какой-то указ, что все музыканты, которые обладают правом появляться на нашей эстраде, должны иметь музыкальное образование, и все ломанулись в Липецк. Все двоечники, хулиганы и прочие-прочие.
С. Г.: Ну не все, конечно. Но мы ломанулись, да, с Гариком.
– А ты с Гариком там познакомился, потом была «Бригада С»? Вот я этого не помню.
С. Г.: Мы с ним уже были знакомы до встречи в Липецком областном кульке. Ты знаешь, что я сейчас вспомнил, – я же в «Бригаде С» был твоим коллегой, младшим братом.
– Кстати, отличный бас-гитарист.
С. Г.: Был когда-то, ха.
– Ну ладно, ребята, мы иногда поигрываем.
С. Г.: И вышли какие-то списки по квалификации бас-гитаристов, и я там в этом галимом 83-м году занимал аж второе место.
– А после кого?
С. Г.: По-моему, после Лени Гудкина. По-моему, Женька даже в десятку не вошел. Я хотел сказать: «Люди, как вы составляете такие списки?!» Потому что я-то учился играть у Евгения Шулимовича и немножко научился.
– Мальчики и девочки, обратите внимание, какой прекрасный вкус у Сережки, да? Почему Сергей Галанин у меня на «Квартирнике»? Думаете, 25 лет? Ни фига.
С. Г.: Потому что я твой ученик.
– Сергей Юрьевич Галанин – восхитительный музыкант, восхитительный друг!
С. Г.: У нас сегодня есть сюрприз для всех, кто пришел. Все-таки есть у нас какие-то совместные песни. Я очень рад пригласить на эту сцену… или это сделаешь ты?
– Лучше сделаю маленькую ремарку: мы не молоды, а у друзей есть дети, которые прекрасно поют. Сергей Юрьевич, представляйте.
С. Г.: Варя Охлобыстина!
– Варька была все время маленькая, путалась под ногами… а сейчас поет и прекрасно выглядит! Варечка, люблю тебя!
С. Г.: Спасибо, мы поехали!
– Кстати, почему у тебя такая маленькая гитара?
С. Г.: Потому что годы уже не те, тяжелые гитары держать нет никаких возможностей. Она легонькая, маленькая, и звучит – Сергей Воронов не даст соврать, а он гитарист у нас знатный. Он был удивлен, как эта селедка может звучать. Да, Серень?
Сергей Воронов: Да, хорошая гитара.
С. Г.: Хочется сейчас сыграть песню просто про любовь. Сергей Юрьевич Воронов – он наполнен этим чувством, как говорится, от пяток до шапочки. Поэтому да здравствует любовь, друзья!
С. В.: Банкуйте, Сергей Юрьевич.
С. Г.: Тогда я хочу пригласить на эту сцену еще одну замечательную девушку. Друзья, встречайте – Юта!
Ю т а: Ой, как у вас тут хорошо!
– Я помню, много лет тому назад мы писали твою пластиночку – не дуэты, я не помню, как они там назывались.
С. Г.: «Я такой, как все». Дуэтная болезнь началась с этой пластинки, ты прав.
– Если мне не изменяет память, девушек на той пластинке не было.
С. Г.: Я боялся сделать первый шаг. Юта была первая, кто мне не… как это сказать правильно…
Ю.: Не отказал. Слушай, да я сама себя боялась.
С. Г.: Все произошло в течение одного дня, я ей очень за это благодарен. А потом мы все подключились – практически половина этого зала еще принимала участие в съемках этого видео. А мы сейчас споем для вас эту песню – она называется «Дверь на замке».
– С Серегой совершенно восхитительно проводить время – он знает все песни, умеет играть на гитаре в одной тональности, и я его люблю. Сергей Галанин!
С. Г.: Тогда для всех вас старая песня – «Дорога в ночь».
– Сережка, глупый, конечно, вопрос – ты же метростроевец, МИИТ? Гарик Иванович построил маленькую станцию, даже не станцию, а, по-моему, перрон в Тушино. А ты, как метростроевец, сделал что-нибудь хорошее?
С. Г.: Я, как метростроевец, сделал еще круче, чем Гарик Иванович – я не стал ничего строить, потому что у меня нет никакого доверия к этой постройке. Хотя Игорь Иванович все время вспоминает и говорит, вот она стоит ведь, а сам удивляется и радуется одновременно. А если бы я что-то построил, не факт, что это сейчас не осыпалось бы.
– А там осыпалось, что ли?