Читаем Латвийский путь: Из Российской империи в СССР и ЕС полностью

Бесконечная война в Латвии стала иссякать летом 1919 года. Это был самый тяжелый период гражданской войны в России, а Латвия с её локальными войнами находилась вдали от главных стратегических направлений войны, и здешние военные действия в ходе мировой революции, а тогда это оценивалось именно так, ничего не решали. И Ленин предложил отозвать латышскую стрелковую дивизию, находящуюся в Латвии и укрепить ею Южный фронт – против Деникина, это было главное направление, решающее судьбы революции. Это было сделано. В августе – сентябре 1919 года дивизия была переброшена. В ноябре 1919 года военные действия между Советской Россией и Латвией фактически прекратились было подписано соглашение о репатриации. В январе 1920 года распустилось правительство П.Стучки. Война окончательно прекратилась 30 января уже было подписано перемирие, 12 июня – конвенция о реэвакуации беженцев, а 11 августа – мирный договор. Латвия решила, что она победила Россию и, удовлетворенная, наградила себя несколькими орденоносцами.

Война окончена – что делать? Интегрировать общество

Это было первым признанием Латвии, как суверенного государства. Государства Антанты Латвию признавать не спешили – они считали, что Советская Россия долго не протянет, Российская империя будет восстановлена и никакие независимые прибалтийские государства не понадобятся. И только в 1921 году, когда стало ясно, что Советская Россия – это надолго, Латвию признали государства Антанты. А сегодняшний «большой брат» Латвии – США признал Латвию только в 1922 году.

Оставалось устраивать свою внутреннюю жизнь. В 1922 году была принята конституция. Вопрос интеграции общества был решен в то время очень просто – гражданами Латвии стали все подданные Российской империи, находившиеся в Латвии на начало мировой войны, а в Сейме были представлены все основные национальные меньшинства – немцы, русские, евреи и поляки, общее количество их депутатов доходило до 19 человек и они играли существенную роль в государственной политике. На территории Латвии продолжали действовать все законы Российской империи, определяющие внутреннюю жизнь, их даже на латышский язык не переводили – они так и существовали на русском и немецком языках. И билингвального образования – чтобы русских и немцев учить в школе на латышском языке, никто не придумывал. Существовали все условия для нормального развития нового государства.

Но эта буржуазная демократия в Латвии просуществовала только 12 лет, в 1934 году ей на смену пришёл тоталитарный режим Ульманиса, который тоже долго не протянул. Почему?

2. Первая республика и «Новые времена» К. Ульманиса

О чём напоминает недавно открытый памятник К. Ульманису


В сквере, напротив Рижской Думы, установлен памятник Карлу Ульманису, премьер-министру и Вождю латышского народа времен Первой республики. Бронзовый Ульманис стоит, сняв шляпу и, усмехаясь, глядит на лысоватую лужайку, вместо травы покрытую зеленой пластиковой сетью и расположенное за ней здание, где когда-то был первый в Риге газовый завод, а теперь там офис одной из партий и множество других офисов. Сама фигура Ульманиса, хоть и бронзовая, но какая-то поцарапанная и невзрачная, демонстрирует не историческую фигуру крупнейшего деятеля довоенной Латвии, а отношение к ней множества политических демагогов из разогнанных им политических партий, благополучно вернувшихся на свои места, когда его уже нет, а чтобы никто не забывал, что его уже нет поставлен ему памятник. Но поцарапали – не удержались. Чтобы не очень гордился.

Что же сделал К. Ульманис, что с одной стороны – его уважают и ставят памятник, а с другой стороны – так исцарапали? И за что?

К. Ульманис стоял у самых истоков латвийской государственности. Уже 17 ноября 1918 первые десять латвийских партий образовали Латвийский Народный совет, который единогласно (!) выбрал первого министра-президента Временного правительства. Им был К. Ульманис, агроном.

И кабинетам нет числа

Но, возникшие десять политических партий сразу начали бурную политическую жизнь, которая накладывалась на ещё более бурную военную жизнь. В результате первый Кабинет министров Ульманиса просуществовал один месяц, с 18 ноября до 19 декабря 1918 года. Потом был второй кабинет К. Ульманиса, потом третий и так далее.

Воина вскоре кончилась, но бурная политическая жизнь продолжалась, партии плодились, как грибы после дождя. В 1922 году Учредительное собрание приняло Конституцию – Сатверсме, действующую и сегодня, которая закрепила это прекрасное завоевание демократии возможность бесконечно создавать все новые и новые партии, ходить из партии в партию и проводить все время в таком прекрасном времяпровождении «настоящих» политиков – партийных междусобойчиках и склоках, кулуарных дрязгах, создании и развале фракций и коалиций и бесконечной трепотне по любому вопросу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Лев Толстой
Лев Толстой

Книга Шкловского емкая. Она удивительно не помещается в узких рамках какого-то определенного жанра. То это спокойный, почти бесстрастный пересказ фактов, то поэтическая мелодия, то страстная полемика, то литературоведческое исследование. Но всегда это раздумье, поиск, напряженная работа мысли… Книга Шкловского о Льве Толстом – роман, увлекательнейший роман мысли. К этой книге автор готовился всю жизнь. Это для нее, для этой книги, Шкловскому надо было быть и романистом, и литературоведом, и критиком, и публицистом, и кинодраматургом, и просто любознательным человеком». <…>Книгу В. Шкловского нельзя читать лениво, ибо автор заставляет читателя самого размышлять. В этом ее немалое достоинство.

Владимир Артемович Туниманов , Анри Труайя , Максим Горький , Виктор Борисович Шкловский , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Проза / Историческая проза / Русская классическая проза
Классик без ретуши
Классик без ретуши

В книге впервые в таком объеме собраны критические отзывы о творчестве В.В. Набокова (1899–1977), объективно представляющие особенности эстетической рецепции творчества писателя на всем протяжении его жизненного пути: сначала в литературных кругах русского зарубежья, затем — в западном литературном мире.Именно этими отзывами (как положительными, так и ядовито-негативными) сопровождали первые публикации произведений Набокова его современники, критики и писатели. Среди них — такие яркие литературные фигуры, как Г. Адамович, Ю. Айхенвальд, П. Бицилли, В. Вейдле, М. Осоргин, Г. Струве, В. Ходасевич, П. Акройд, Дж. Апдайк, Э. Бёрджесс, С. Лем, Дж.К. Оутс, А. Роб-Грийе, Ж.-П. Сартр, Э. Уилсон и др.Уникальность собранного фактического материала (зачастую малодоступного даже для специалистов) превращает сборник статей и рецензий (а также эссе, пародий, фрагментов писем) в необходимейшее пособие для более глубокого постижения набоковского феномена, в своеобразную хрестоматию, представляющую историю мировой критики на протяжении полувека, показывающую литературные нравы, эстетические пристрастия и вкусы целой эпохи.

Олег Анатольевич Коростелёв , Владимир Владимирович Набоков , Николай Георгиевич Мельников

Критика
Книга для таких, как я
Книга для таких, как я

В этой книге собраны тексты, которые, пользуясь языком самого автора, можно назвать "темной стороной Макса Фрая"."Темной" не потому, конечно, что читателю предстоит встреча с неким зловещим "мистером Хайдом", прятавшимся за спиной обаятельного "доктора Джекила", популярного автора романов в жанре fantasy.Просто до сих пор эти тексты были скрыты от широкой читательской аудитории. Они знакомы лишь старожилам русского Интернета. При поверхностном прочтении трудно поверить, что романы о похождениях сэра Макса и эссе о "книграх" (авторская производная от слов "книги" и "игры") написаны одним и тем же человеком; глубокий анализ позволяет читателю воспринимать эссе Фрая как пространный "комментарий" к его жанровой прозе... или даже наоборот.Сам Макс Фрай считает, что многотомная эпопея о приключениях сэра Макса была просто правильно разработанным маршрутом "не знаю куда", где и автор, и читатель могут найти некое невыразимое, но притягательное "неведомо что", каждый - свое. Он полагает, что читатель и автор - сообщники.Если воспользоваться футбольной терминологией, писатель лишь дает пас, гол же всегда забивает читатель, поэтому в конечном счете результат зависит именно от читательского мастерства. А внутреннее родство действующих лиц многократно увеличивает общие шансы на успех.

Максим Фрай

Публицистика / Критика / Документальное
Полдень, XXI век, 2010 № 02
Полдень, XXI век, 2010 № 02

Содержание:КОЛОНКА ДЕЖУРНОГО ПО НОМЕРУАлександр Житинский.ИСТОРИИ, ОБРАЗЫ, ФАНТАЗИИСергей Соловьев «ЭХО В ТЕМНОТЕ». Повесть, окончание.Ника Батхен «НЕ СТРЕЛЯЙ!». Рассказ.Сергей Карлик «КОСМОСУ НАПЛЕВАТЬ». Рассказ.Илья Каплан «ЗАБЫТЫЕ ВЕЩИ». Повесть.Константин Крапивко «НЕЧИСТЬ». Рассказ.Илья Кузьминов «ПЕРСОНАЛЬНЫЙ НАКАЗЫВАТЕЛЬ». Рассказ.Светлана Селихова «СУПЕРЩЁТКА: МЕТАМОРФОЗЫ БЫТИЯ». История отношений.ЛИЧНОСТИ, ИДЕИ, МЫСЛИАнтон Первушин «КТО ПОЛЕТИТ НА МАРС?»Константин Фрумкин «БЫСТРОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ».ИНФОРМАТОРИЙ«БлинКом» — 2009.«Роскон» — 2010.Наши авторы

Борис Стругацкий , Константин Крапивко , Сергей Карлик , Илья Кузьминов , Константин Фрумкин

Критика / Журналы, газеты / Фантастика / Детективная фантастика / Научная Фантастика / Социально-философская фантастика / Документальное