Латвийский путь: Из Российской империи в СССР и ЕС

Партии создавались и пропадали, менялись коалиции и кабинеты министров, выбирались президенты, но что происходило вне этого круга интересов «настоящих» политиков мало кто обращал внимание.

Объем политической «работы» в первый, «демократический» период существования Первой республики, как теперь говорят, впечатляет. О «температуре бурления» политической жизни в 20-е и начале 30-х годов можно прекрасно судить по «карьере» самого К. Ульманиса в это время. За это время он успел побывать 2 раза министром земледелия, один раз министром обороны, три раза министром иностранных дел и 7 раз (!) Президентом Министров. Самый длительный период непрерывной работы в одной должности был 12 месяцев, самый короткий – 1 месяц. А кроме кабинетов К. Ульманиса было много других кабинетов и министров. За это время организовалось (и частично распалось) более 100 политических партий и организаций. Впечатляет, правда? Можно себе представить успешно работающее предприятие, в котором руководство меняется каждые несколько месяцев? Конечно нет! Это губительно даже для небольшого цеха. Такое предприятие, будь оно хоть банком, хоть баней через полгода обанкротится, а его руководители больше не в одном банке не смогут получить кредит для организации нового предприятия. А ведь государство очень большое предприятие…

Мифы и легенды о Первой республике

Поэтому в экономике Латвии в этот период успехи гораздо скромней, чем в политике. Сейчас очень широко распространяется легенда, что Первая республика была очень успешным государством. (Равно как и что сегодняшняя Вторая республика выдающиеся успехи имеет). Все далеко не так. Сам К. Ульманис в 1933 году, до своего переворота, о достигнутом Латвией сказал так: «Сейчас мы не можем никуда уйти от мысли о том, что то, что рисовалось нам в 1918/19. годах, осталось не достигнутым. И если те, кто тогда жертвовали ради будущего собой, встанут и придут, чтобы спросить с нас ответа за сделанное, то мы все вместе не сможем дать удовлетворительного ответа».

Вот цифры. Если в последний предвоенный 1913 год на промышленных предприятиях Латвии работало 108 тысяч человек, и было произведено продукции на 830 миллионов латов, то в наиболее успешный год этого периода – 1929 (потом начался мировой экономический кризис, затронувший и Латвию) рабочих осталось только 71,7 тысячи (66%), а продукции было произведено на 446 миллионов латов, что составляет всего 54 % от 1913 года. Разрушенную промышленность Латвия восстановить оказалась не в состоянии. Да правительство и не особенно старалось это сделать, не до этого было «политикам», времени не было. Вот пример: чтобы не отвлекаться от увлекательной политической жизни, в 1928 году Министерство финансов, за предоставленный заём в 6 миллионов долларов, уступило на 35 лет всю спичечную промышленность Латвии шведскому концерну Крегера. Да и что может сделать с государством бесконечная череда постоянно меняющихся политиков? В этом отношении судьба Латвии в этот период напоминает судьбу одного разваленного меняющимися председателями колхоза, о котором говорилось в старой советской пьесе «Тринадцатый председатель». Название ее прекрасно передает её содержание. Она когда-то шла в Театре русской драмы, старожилы должны помнить. «Хватит болтать!» сказал диктатор

Тем временем в 1929 году начался мировой экономический кризис, самый глубокий и разрушительный в истории капитализма. В конце 1930 года он дошел до Латвии. Экономическое положение еще ухудшилось. К 1932 году в промышленности работало уже всего 61 тысяча человек, а продукции производилось всего 284 миллиона латов (63% от 1929 года, 34% от уровня 1913 года). Безработными были зарегистрированы 31 тыс. человек, половина от работающих в промышленности. Экспорт сократился более чем вдвое, в Риге в 1932 году обанкротилось 161 предприятие. А в Сейме увлекательная политическая жизнь продолжалась как обычно партийная грызня, коалиции создавались и распадались, меняющиеся правительства принять какие-либо эффективные меры, были не в состоянии.

В этих чрезвычайных условиях 18 марта 1934 года премьер-министром стал вновь К. Ульманис. Он понял, что в условиях существующей партийной свистопляски ничего реально сделать невозможно. Осмотревшись в новой должности два месяца, в ночь с 15 на 16 мая, он объявил в стране чрезвычайное положение, распустил Сейм и все политические партии. Освобожденное от «политической» жизни правительство занялось своей основной работой – управлением государством. В своем обращении 16 мая К. Ульманис сказал: «Мы не можем далее продолжать деформировать свое государство, разрешая партийным склокам ещё больше раскалывать и ослаблять народ, нам необходимо стать сильными, стать едиными».

Латвия впервые получило правительство, которое занялось государством, а не своим личным обогащением.

Как К. Ульманис с кризисом боролся