Лазарь Каганович. Узник страха

«Канцелярско-заседательная суета, многочасовые разговоры, внушения и разносы в кабинете наркома Кагановича доводили до полного отупения. <…> Каждый день у наркома совещание на три-четыре часа с разбором ежесуточного информационного отчета в 1200 печатных страниц! К началу весны 1942 года почти прекратилось движение по Ярославской, Северной, Казанской дорогах, забитых составами поездов. На грани паралича находились Сталинградская, Пензенская, Куйбышевская, Рязано-Уральская, Южно-Уральская железные дороги, не пускавшие поездов и не принимавшие их».

Столь же «лестно» оценивал компетентность главы НКПС и генерал А.В. Хрулев:

«Работа железнодорожного транспорта резко ухудшилась главным образом потому, что нарком путей сообщения не признавал вообще никаких советов со стороны сотрудников НКПС. Между тем они вносили немало ценных предложений, чтобы выйти из создавшегося положения. Каганович же кроме истерики ничем не отвечал на эти предложения и советы работников транспорта. А тут еще начали давать о себе знать малые запасы угля на железнодорожном транспорте. По этому вопросу правительство постоянно вводилось в заблуждение относительно средней обеспеченности железных дорог топливом. Мол, с этим делом в целом все в порядке. На самом деле все выглядело по-другому. Лазарь Моисеевич давал очень много обещаний, с присущей ему активностью разносил так называемых „предельщиков“, не считаясь ни с какими доводами ученых и крупнейших специалистов, если их доводы и рекомендации шли вразрез с его взглядами. Но все это было в ущерб делу».

Каганович чувствовал, что Сталин недоволен работой транспорта в условиях военного времени и, желая упредить гнев вождя, обратился к нему с письмом:

«Дорогой тов. Сталин!

В течение последних дней мы наряду с текущей оперативной работой тщательно проанализировали положение на сети и разработали ряд мер, которые Вам посылаю. Я очень прошу Вас, т. Сталин, помочь нам. Никто так не оценит трудности и значение железных дорог, как Вы.

Поверьте мне, что я делаю все и сделаю еще больше для того, чтобы в эти трудные дни быть достойным звания Вашего ученика.

Ваш Л. Каганович

12 ноября 1941 г.»

Письмо не возымело действия. На просьбу помочь и заверения в верноподданничестве последовал жесткий ответ:

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ ОТ 25 марта 1942 г.

Об НКПС

I

Ввиду того, что т. Каганович Л.М., несмотря на его удовлетворительную работу в НКПС в мирное время, не сумел справиться с работой в условиях военной обстановки, Государственный Комитет Обороны постановляет:

1). Освободить т. Кагановича Л.М. согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от обязанностей наркома путей сообщения.

2). Назначить т. Кагановича Л.М. заместителем председателя Транспортного Комитета при Государственном Комитете Обороны.

II

В целях улучшения работы НКПС Государственный Комитет Обороны постановляет назначить:

1). Народным комиссаром путей сообщения согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР заместителя наркома обороны генерал-лейтенанта т. Хрулева А.В.

2). Первым заместителем наркома путей сообщения т. Арутюнова Б.Н.

3). Заместителями наркома путей сообщения тт. Ковале-ва Г.В. с назначением его начальником Центрального управления движения; Багаева С.И. с назначением его одновременно начальником Политуправления НКПС; Гарныка В.А. с назначением его начальником Центрального управления Паровозного хозяйства; Гоциридзе И.Д. с назначением его начальником Главного управления военно-восстановительных работ и Синегубова Н.И.

4). тт. Филиппова К.И., Белоусова М.Я., Гусева С.В. и Комарова В.С. освободить от обязанностей заместителей наркома путей сообщения.