Лазарь Каганович. Узник страха

Фамилия, имя, отчество – Каганович Лазарь Моисеевич.

Год и месяц рождения – 1893, 22 ноября.

Место рождения – дер. Кабаны Мартыновичской волости Киевской губернии.

Национальность – еврей.

Социальное положение – рабочее.

Партийность – член КПСС с декабря 1911 года.

Партбилет № – 00000008.

Образование – самообразование.

Начальнику Свердловского УГБ А.В. Ильичеву:

Факты и даты моей жизни, партийной и государственной деятельности изложены точно в заполненном одновременно с этим личном листке по учету кадров.

По существу моей партийной и государственной деятельности могу сказать, что на протяжении всей политической жизни я был верным сыном партии и рабочего класса, работая неустанно и борясь за победу учения Маркса – Ленина, за победу коммунизма.

В 1957 г. я совершил серьезную политическую ошибку, июньским пленумом ЦК был исключен из состава ЦК и его Президиума…

Л. Каганович

Асбест расположен в 86 километрах к северо-востоку от Екатеринбурга (тогда Свердловска). В конце 1950-х в нем проживало около 60 тысяч человек.

В Асбесте Кагановичу дали вначале двухкомнатную квартиру. На улице Уральской. В пятиэтажном, построенном военнопленными доме, где тогда размещалось все городское начальство. В этот дом к нему позже приехала его жена Мария Марковна.

О жизни Кагановича в Асбесте красочно, обстоятельно и подробно рассказал уральский журналист Сергей Парфенов в очерке «„Последняя песня“ Лазаря» (Урал. 2003. № 2). Исследуя изгнаннический период в биографии нашего героя, мы будем опираться на эту публикацию.

Начнем с того, что на Урале Кагановича крепко помнили. Его имя носила Свердловская железная дорога, а в самом областном центре существовал Кагановичский избирательный округ № 550 по выборам в Верховный Совет РСФСР. Но помнили, конечно, не только поэтому. В 1937 году, 23–25 ноября, Каганович проводил в Свердловске совещание работников медной промышленности, чтобы «выяснить причины плохой работы». Главная причина определилась быстро. Публикуя отчет о совещании, газета «Уральский рабочий» цитировала его участников.

Щербак, начальник отдела капитального строительства Красноуральского медеплавильного завода: «Вредители прежде всего загазировали металлургические цеха путем устройства газоходов явно неправильной конструкции… Ликвидация последствий вредительства идет на заводе медленно. Деньги, которые ассигнуются на это дело, не используются…»

Васильев, бурильщик Левихинского рудника: «На Левихинском руднике долгое время орудовали враги народа. Они хищнически эксплуатировали шахты, сильно запустили горно-капитальные и подготовительные работы…»

Феофанов, забойщик Дегтярского медного рудника: «Дегтярка – это огромное рудное месторождение на Урале. И наш рудник до 1937 года работал неплохо. Но мы, чрезмерно увлекшись этими успехами, просмотрели врагов. Рядом орудовали вредители, готовили провал всему руднику. Они в центре рудника устроили пожар… Коллектив Дегтярки дал слово с корнем вырвать всю эту сволочь, которая мешает нам работать…»

Участники совещания приняли обращение к работникам других отраслей промышленности Свердловской области. В обращении говорилось:

«Подлые вредители – японо-германские троцкистско-бухаринские шпионы – протянули свою грязную лапу к медной промышленности, пытаясь сорвать ее работу, подорвать производство меди в нашей стране… Мы обязуемся по-большевистски бороться с тем, чтобы в ближайшее время под руководством славного наркома, ближайшего соратника Сталина, Лазаря Моисеевича, добиться решающих побед и завоевать право рапортовать любимому вождю народов товарищу Сталину, что его указания нами выполнены, что мы даем стране меди столько, сколько ей нужно».

«Совещание закончилось 25 ноября поздней ночью, – пишет С. Парфенов, – нарком наградил всех рабочих-стахановцев отрасли именными часами. А сам, „встреченный долго несмолкавшими овациями“, произнес „яркую заключительную речь“, которая „неоднократно прерывалась аплодисментами“».