Легче! Как найти баланс в жизни, если всё идет не по плану

ВСПОМНИЛА, КАК ВО ВЗРОСЛОМ ХОСПИСЕ Я ПОЗНАКОМИЛАСЬ С ОДНИМ ПАЦИЕНТОМ, КОТОРЫЙ В ЧЕСТЬ КАЖДОГО ДНЯ ЖИЗНИ (ОН НАЗЫВАЛ ИХ «ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ», ПОТОМУ ЧТО ЖИЛ ВОПРЕКИ ВСЕМ ПРОГНОЗАМ ВРАЧЕЙ) НАДУВАЛ ВОЗДУШНЫЙ ШАРИК. ГОВОРИЛ: «ВОТ Я УЙДУ, А У ЖЕНЫ ОСТАНЕТСЯ МОЕ ДЫХАНИЕ, ПОЙМАННОЕ В ШАРИК…»

Как-то прочла историю про медсестру, которая работает в операционной, ассистирует врачам-нейрохирургам. Перед операцией она разговаривает с пациентом, успокаивает, вселяет надежду, говорит, что после операции он будет в реанимации, просит сказать, кому позвонить и сообщить о его состоянии.

Обычно люди дают телефоны родителей, мужей, жен, взрослых детей, иногда друзей.

Но есть люди, которые говорят: «Ничего не надо».

Им некому звонить, никто не ждет исхода этой операции, никто не сидит, зажав голову руками, перед дверями операционной и не укачивает свой ужас от мысли, что там, за дверями, кто-то родной и любимый застрял между жизнью и смертью…

Так страшно это.

Так хочется прожить жизнь так, чтобы кто-то скучал по тебе, когда ты уйдешь. И чтобы было кому написать длинное прощальное красивое письмо.

Четверть часа

Мы с подругой Леной ехали на моей машине в лагерь за детьми.

Мой телефон исполнял роль навигатора, но, в принципе, мы ехали по трассе, и навигатор был не нужен. В этот момент мне позвонили. Я ответила по громкой связи, и голос заказчика разнесся по всему авто:

– Оля, мне срочно нужен текст! Антикризисный. У нас случился вот такой форс-мажор (подробности). Нужно сформулировать позицию компании по вот такой проблеме (подробности) в паре-тройке абзацев.

– Поняла, – ответила я и заехала на заправку. Попросила подругу взять нам кофейку, пока я сделаю пару уточняющих звонков.

Мы пробыли на той заправке минут 15–20 и поехали дальше.

– Все в порядке? – спросила подруга.

– Да.

– Нервничаешь?

– Нет, – честно ответила я. – А должна?

– Ну из-за текста. Хочешь остановимся? Я погуляю, ты напишешь. Детям позвоним, предупредим, что опоздаем.

– Какого текста? Заказчика? Так я написала.

– Когда?

– Ну как, на заправке же.

– На заправке? За 15 минут?!

– Да. Слушай, у меня набита рука и накачана писательская мышца. При грамотном техзадании, понимании ситуации и целевой аудитории я пишу быстро.

– Но не за 15 минут же.

– Так там два абзаца. Я понимала, что мы хотим донести и кому, какие акценты расставить. Компанию знаю много лет. Тут вообще не вызвал затруднений текст.

– Блин, Оль, но 15 минут!

– Да. Слушай, ну я пишу всю жизнь. Я 40 лет писала, чтобы делать это теперь вот так: круто, толково и быстро. Сейчас я уже на той стадии, когда основная моя проблема – найти место, где меня не отвлекают, – смеюсь я.

– Ну даешь! – воскликнула она.

Прошло пару недель. Лена написала мне в WhatsApp, что у ее начальника день рождения, ей дадут слово, надо поздравить как-то оригинально и не могу ли я накидать ей пару идей.

– Ну конечно, могу, – ответила я и накидала ей текст.

– Восторг! – воскликнула Лена. – Спасибо.

Еще через неделю у ее свекрови был день рождения, и она робко спросила, не выручу ли я ее с пожеланием в стихах.

Выручу, Лен. Вот.

Потом ее старший сын поступал в институт, там надо было эссе, а он «матерый негуманитарий», и не помогу ли я ему сформулировать… Помогу.

Потом еще что-то, потом еще.

В какой-то момент я стала ощущать напряжение. Я будто подчиненный у начальницы Лены, штатный писатель, которого можно бесплатно использовать в своих целях только потому, что мы давно знакомы и дружим. Но разве дружба – это индульгенция для вот такого потребительства?

ДЛЯ МЕНЯ ДРУЖБА – ПРО «ОТДАВАТЬ», А НЕ «ОТКУСИТЬ».

Вот Лена, например, помимо того, что работает чиновником, еще и отличный косметолог, но мне в голову не придет к ней на процедуры явиться бесплатно. Почему? Потому что я ценю чужой труд и рассчитываю, что мой тоже будут ценить.

Я могу выручить раз, два, три, мне в радость, но на постоянной основе это становится переходом границ. Мне и отказать неловко, но и делаю я это без радости, словно превозмогаю себя. Хочется сказать: «Лен, имей совесть».

Но моя совесть не позволит так сказать.

Я решила, что в следующий раз поговорю с Леной. Найду слова, чтобы не обидеть, но границы выстроить.

Мол, Ленок, ну я ж не у тебя в подчинении, у меня много друзей, и, если каждый из них будет просить об услуге так же регулярно, как ты, я просто умру с голоду, потому что работать мне будет решительно некогда…

Через пару дней Лена снова выходит на связь:

– Оль, выручай, мне нужно обращение к директору, от сотрудников, по поводу…

– Лен, я не смогу, я занята, – отвечаю я. Как бы прячусь в занятость от предстоящего разговора о реальных причинах отказа. Хотя занятость – тоже вполне реальная причина, я перегружена заказами, у меня «горят» три срочных текста, мне реально некогда.