Легче! Как найти баланс в жизни, если всё идет не по плану

Тут она произносит фразу:

– Ну, Оль, найди эти чертовы 15 минут…

И все встает на свои места.

После того случая на заправке Лена уверена, что написать текст – это для меня 15 минут. Копейки времени. Это время всегда можно найти, а уж для друга не просто «можно», а «должна».

На самом деле некоторые тексты пишутся месяцами, и тот, свидетелем которого стала Лена, был скорее исключением.

Чаще всего я долго настраиваюсь, вникаю, как бы совпадаю с будущим текстом энергиями. Только тогда случается магия текста, о которой говорят потом мои заказчики.

– Мне не нужен текст, Оль, мне нужен твой текст, – рассказал мне как-то директор рекламного агентства, приобретающий у меня тексты регулярно. – Я покупал у других посты, они дешевле и на первый взгляд хороши, я экономил, но потом смотрел на конверсию с этих текстов – и грустил. Люди будто не верили им. Лучше инвестировать сразу в твой текст и не жалеть ни об одной копейке…

При этом Лена как бы говорит, что то, что создается за 15 минут, не может быть ценным. «Ну ладно тебе, это ж просто текст! Буковки-словечки. Накидай быстренько для начальничка…»

Я поняла, что проблема с Леной в том, что мой текст – бриллиант, а Лена видит в нем стеклышко. Даже не так.

Проблема не в том, что Лена отбирает мою ценность, а в том, что я ее отдаю. Как бы подтверждаю: да, Лен, это ж сущая ерунда, ты кофе выпить не успеешь, а текст уже готов.

ЛЕНА СМОТРИТ НА ТЕКСТ И ВИДИТ ТОЛЬКО 15 МИНУТ. ЭТО КАК СМОТРЕТЬ НА ДОМ И ВИДЕТЬ ТОЛЬКО БРЕВНА. ИЛИ СМОТРЕТЬ НА ХЛЕБ И ВИДЕТЬ ТОЛЬКО МУКУ. А ТАЛАНТ? ОПЫТ? ЭНЕРГИЯ? ВОТ ЭТИ ИНГРЕДИЕНТЫ НЕ ЗАМЕТИЛИ?

Чтобы построить дом, нужны не только стройматериалы, но и знания мастера. Мне вот дай материалы – я не построю.

Тебе, Лен, я тоже могу выдать 15 минут и буквы – вперед, пиши. Но ты же ко мне ходишь за текстом, хотя вроде у тебя те же стройматериалы на входе…

Очень важно научиться видеть свою ценность. Как сказал мой психолог: «Ты ее себе сначала продай, тогда потом и другим получится».

А друзья – это не люди-функции. Друзья – это любимые люди с мечтами, целями и границами. Важно их замечать и уважать.

Прыгай

Сережа не смог прыгнуть в воду с трамплина. Ему все кричали с берега – родители, тренер, зрители: «Сережа, давай!», «Мы в тебя верим, Сережа!»

Но Сережа смотрел вниз и не мог. Трамплин тоже качался, как бы подбадривая парня: «Давай, Сережа».

Но – нет. Он развернулся и пошел по трамплину обратно к лестнице в раздевалку.

Потом Сережа ел яблоко на скамейке, а я сидела рядом: просто случайно оказалась там, ждала подругу, которая тоже в этом бассейне работает.

– Видели? – спросил меня Сережа.

Я кивнула.

– Считаете, что я трус?

– Нет, – помотала я головой. – Лично я вот не прыгну с трамплина ни за какие деньги.

Сережа почувствовал в моих словах поддержку. Он прочел в них не вот эту болючую мысль «ты неудачник», а другую, успокаивающую: «с тобой все в порядке».

– Все говорят: «Давай, Сережа, давай», – сказал он. – Поддержка – это, конечно, круто. Но, блин, прыгать-то мне…

«НО ПРЫГАТЬ-ТО МНЕ». Это шепот наших страхов.

Иногда я – Сережа. Очень часто, кстати. Я вроде решила что-то важное на берегу, знаю, что надо прыгнуть, понимаю, что хочу, чувствую, что созрела, слышу, что готова, но… что-то не пускает.

Я качаюсь на трамплине – но не прыгаю.

В теории я только смелая, а на практике – как тот Сережа.

«Прыгать-то мне».

У моей знакомой обнаружили доброкачественное образование в мозге. Сказали: наблюдать. Наблюдать – это минимум раз в полгода проходить обследование.

Прошел год. У врача она не была.

– Тебе надо скорее к врачу! – говорю я и ужасаюсь тому, что снова «причиняю добро», хотя сто раз обещала себе не делать этого. И добавляю виновато: – Чтобы исключить…

– Да-да, да-да, – говорит она и не идет.

Наверное, боится узнать плохой диагноз. А запустить диагноз не боится.

МНЕ СО СТОРОНЫ ОЧЕВИДНО, ЧТО ЕЙ НАДО, ЧТО ЕЙ ЛУЧШЕ, ЧТО ЕЙ ДАВНО ПОРА, НО ОНА ПОДХОДИТ К СВОЕМУ ТРАМПЛИНУ – И НЕ ПРЫГАЕТ.

Почему? Наверное, у каждого свои причины, но иногда хочется встать, подойти и дать Сереже пендель сзади: «Да прыгай, блин!»

Но это чужая жизнь, чужие трамплины, чужие решения, чужая ответственность.

У моей А. сто тыщ дипломов об образовании психолога, но она не практикует. Все учится, учится, но на прием к ней нельзя. Почему? Она не знает. Никак не поймет почему.

То знаний не хватало, то компетенций. Теперь всего хватает, но опять нет. Не практикует. При этом никого круче А. я в этой сфере не знаю.

Вот если ей рассказать историю, то она выслушает, а потом… потом скажет фразу, которая просто перевернет все и расставит на свои места. Как будто фокус: подвозишь ей, фокуснице, накрытый красным атласом склад мыслей, а она сдергивает атлас – и вуаля, под ним идеальная расстановка ситуации, все по полочкам.