Легче! Как найти баланс в жизни, если всё идет не по плану

Он справился с самостоятельностью на финише нашего отпуска отлично, но мы каждый день писали ему: «Ну, послезавтра уже увидимся!» или «Ну, уже до завтра!» Возможно, это помогло ждать.

Потом, когда мы вернулись и обсуждали с сыном, почему так сложно ему дался пробник новой жизни, он сказал: «Мам, я сам не ожидал, что во мне включится этот режим „кукусика“».

Смешно он сформулировал. Перевожу. Экспресс-взросления не получилось. Внутренний кукусик захныкал и запросился на ручки.

Ему самому казалось, что он взрослый мужичок: все знает и умеет. И совершенно случайно эта ситуация показала ему, что он – даже в 12 – еще совсем ребенок.

И это нормально. Взросление происходит постепенно, а не внезапно, и не надо прогонять своего внутреннего ребенка никуда, не надо его усиленно взрослить. «Наслаждайся им, сынуль. Кукусиком своим. Мы получили отличный опыт, узнали, что ты сам себе казался взрослее, чем есть, и „продал“ нам эту уверенность тоже, но по факту эмоционально – ты мой маленький малыш, иди обниму».

Хороший получился, полезный опыт. Про то, что возраст в цифрах и возраст в душе – разные вещи.

В следующий отпуск полетим только вместе.

Я хочу сказать, что всему свое время. Детство, юность, взрослость, зрелость, старость. Каждую пору надо проживать вдумчиво, наслаждаясь ею.

Это я, кстати, в том отпуске и поняла.

Для меня вообще отдых – это возможность выключить многозадачность. Тут, в обычной жизни, я все время куда-то спешу, утрамбовываю в каждый час много-много дел. В итоге успеваю эти сто дел, но все равно цейтнот – что-то не успела.

А секрет отпускного счастья оказался именно в том, чтобы не спешить. Отдаваться тому, что делаешь, прямо сейчас и полностью.

Писать книгу и погружаться в этот процесс до донышка, болтать с ребенком и включиться в разговор на 100 процентов, пить кофе и наслаждаться каждым глотком.

Как бы жить-проживать каждое событие по очереди. Тогда получится его замечать. А это значит не пропустить.

Так важно не пропустить каждый этап своей жизни, успеть насладиться им и вдумчиво отпустить. Всему свое время.

Так просто и так сложно…

<p>Наигралась</p>

Я пыталась посчитать, сколько раз в день я слышу слово «мама». Первые сто раз прозвучали еще до обеда.

Катюша «мамкает» каждую минуту. Мам, смотри. Мам, пойдем. Мам, ты куда. Иногда, пока она зовет – мама, ма-а-а-ама, мама, – забывает, что хотела.

Вчера говорит:

– Мам, а почему я макароша?

– Макароша? Ты? Не знаю, почему ты макароша. А кто тебя так зовет?

– Ты.

– Я?

Потом поняла, о чем она. Когда я, всполошенная, прибегаю на зов дочери, то бормочу: «Что, моя хорошая?»

Кате слышится вместо «моя хорошая» – «махароша». Вот вам и макароша.

С одинаковым уровнем громкости и концентрацией восторга или страха она кричит: «Мама-а-а!» – если увидела муху, застряла под кроватью или отыскала в букваре знакомую букву.

Я бегу на зов, потому что всегда есть вариант, что что-то случилось.

– Катя, что ты кричала? Что случилось?

– Смотри, мармеладка в форме червячка…

– А, ясно.

Вот сын с отцом поспорили и пришли, чтобы я их рассудила.

– Мам, вот смотри, папа сказал…

– Нет, мам, все было не так…

– Мам, ну ты же знаешь…

Мама. Мама. Мама. Это прекрасное слово. Просто каждое «мама» отвлекает от работы, моих личных дел или мыслей. Каждое.

Представьте, что вы едете по дороге за рулем, а вас отвлекают каждые пару минут. Вам удастся сосредоточиться на пути? Нет, конечно.

Если отвлекать от дороги постоянно то на пролитое молоко, то на другую ерунду, можно ехать долго и приехать очень уставшей. И не от дороги, а от многозадачности.

Это я читательнице пыталась объяснить, которая «искренне не понимает, как любимая семья может напрягать».

Семья не становится менее любимой, просто я становлюсь более задерганной. Вот и все.

И это не про то, что кто-то кого-то не любит, а про отсутствие личного пространства, рассчитывать на которое – вполне оправданный эгоизм.

– Мама! Мама!

– Что, моя хорошая?!

– Мам, я сказала Дане, что я буду плинцесса Эльза из «Холодного селдца», а он – олень. А он не хочет олень. Скажи ему, что он олень…

– Катя, он имеет право не хотеть роль оленя.

– Мама, он олень! У меня фигулка оленя. Мальчик – он. Олень – он. Длугие фигулки – девочки. Девочка – она. Даня – он. Не она. Даня не может быть плинцесса, Даня – олень!

Так Катя коротко, доступной ей терминологией осветила тему «Личные местоимения в русском языке».

– Даня, ты олень! – прошу я сына, тот закатывает глаза: «Ну ма-а-ам!»

Сегодня я видела, как Катя укачивает пластмассового младенца. Обычно он говорит «мама», если его поднять вертикально. А тут он сломался, механизм «заел», и он стал говорить «мама» без предупреждения и логики. Когда вздумается.

Катя берет его на ручки – «мама!».

Катя кладет его в коляску – «мама!».

Дает соску – «мама!».

Забирает соску – «мама!».

Катя взяла его на ручки, укутала в одеялку и укачивает:

– Баю-баюшки, баю-баюшки!

А тот:

– Мама, мама!

Катя нервничает:

– Успокойся!

А тот все «мамкает». Катя выходит из себя:

– Да хватит, успокойся! Вот я, я твоя мама. Я тут. Спи.

– Мама! Мама!