Лекции по искусству. Книга 5

Только с бородами. Это очень типично. И женские изображения. Если вы на одну минуточку прикоснетесь к русскому искусству — краешком, не глубоко, то увидите очень интересный феномен. Например, вот Крамской пишет Николая Третьякова, а что вы скажите по поводу этого изображения? Он пишет святого старца. Так написан и Толстой, и Достоевский. Я этот портрет обожаю. Человек второй половины 19-го века. Посмотрите на жест рук. Какая интересна вещь: как он замкнут! Какие формы рук, пальцев. Какая чистота.

Николай Третьяков

Лев Толстой

Когда Толстому надо было показать восхождение к святости и настоящего святого война, то он явил нам Андрея Болконского во внебрачности. Болконский появляется, когда он уже не муж. А когда умирает — он святой воин. И если проследить за тем, как он ведет его линию, и какие тексты вкладывает в его уста, то сидишь, читаешь и думаешь: «Ничего себе! Вы, Лев Николаевич, одной ногой прямо в 20-ом веке стоите». Я уже не говорю о том, что если русский художник пишет женщину, то ему все равно, какую женщину, какого времени он обязательно напишет и будет она ангелом или с ангелом в душе.

Суриков, между прочим, еще тот художник. Это совершенно удивительная вещь. Я не хочу сказать, что русский портрет на 100 процентов в себя это принимает — не на сто. Но на 80. Посмотрите что делается. Венецианов «Крестьянские дети в поле» Посмотрите на этих крестьянских детей.

«Крестьянские дети в поле»

Как-то была выставка в Музее изобразительных искусств «Портреты 18-го века». Первое, что бросилось в глаза, к величайшему изумлению, было то, что весь западный портрет был очень щегольски написан. А что вы хотите? Они писаны высокой рукой, сильной школой, но не один из них по содержательности, глубине и таинственности не смог сравниться даже с русским крепостным портретом.

«Портрет Просковьи Жемчуговой», Николай Агрунов

Это портрет беременной Просковьи Жемчуговой. Он производит просто ошеломляющее впечатление, потому что, с одной стороны, это был заказ художнику, как портрет парадный. Только он не получился парадным. Написан таким ракурсом снизу вверх, где Просковья стоит перед бронзовой колонной в изумительно красивом халате темно-красного оттенка с темно-синими полосами. На голове чепец и белый платок в руке. А лицо узенькое, со впалыми щечками, с огромными глазищами — такое таинственное, словно душа отлетает. Она есть и ее нет. Этот живот в пространстве и перед ней бронзовый идол. Такой духовно-душевный драматизм.

«Портрет Н. Ф. Матвеевой», В. Суриков

«Портрет М. И. Лопухиной», В. Боровиковский

Портрет Ю. Лисянского

Я хочу сказать, мне всегда был очень интересен Суриков. Как он хотел передать душевную драму боярыни Морозовой, но у него так не получилось, как в этой картине.

«Утро стрелецкой казни», В. Суриков

«Утро стрелецкой казни» (фрагмент)

«Утро стрелецкой казни» (фрагмент)

«Утро стрелецкой казни» (фрагмент)

Здесь есть внутреннее свечение и абсолютная готовность к жертве. Двойной жертве. Она уже сына своего отдает. Я потом поняла, когда знакомилась с крепостным портретом и с его истоками в разных музеях, что художники, писавшие эти портреты, одновременно и церкви расписывали, и иконы писали. У них имелись навыки из человека создать ангела. Им хотелось видеть в человеке ангела. А о поэзии я и не говорю. Тут уже самая последняя Керн, уж на что никудышная женщина была, а «просто чудное мгновение». И не найдете вы никогда даже у самого сложного, пересложного Лермонтова, который не любил женщин, плохих слов в их адрес. А он их очень не любил, он любил мужчин. А как он пишет о женщинах?! Мне это интересно и вам это должно быть тоже интересно, а интереснее всего то, что когда Малевич писал портреты, он тоже писал ангелов.

«Женский портрет», Малевич

«На сенокосе», Малевич

И все равно как он писал, он писал чистоту, особую вычищенную безгрешность. Я не говорю о Петрове-Водкине — человеке, которому выпало быть и русским, и советским художником.

«Мать», К. Петров-Водкин

«Портрет мальчика», К. Петров-Водкин

«Жаждущий воин», К. Петров-Водкин

«Девушки на Волге», К. Петров-Водкин

«Портрет Анны Ахматовой», К. Петров-Водкин