Ленин жив! Культ Ленина в Советской России

С раннего детства Володя Ульянов выказывал характер лидера — того, кто стремится учить других. Это был бойкий, властный мальчик, любивший диктовать правила игры и нуждавшийся как в похвалах со стороны ровесников, так и в поощрениях старших. Он стал лучшим учеником; его вдохновлял пример незаурядных личностей, почерпнутых им из романов сначала Тургенева, затем Николая Чернышевского. Готовность молодого Ульянова подражать идеализированным образцам вполне органично вписывается в духовный облик российской интеллигенции тех лет. Ее кумиры всегда имели вокруг себя политический ореол: культ героев пребывал неизменным, будь то преклонение перед Пушкиным во второй четверти XIX столетия или почитание Чернышевского во второй половине века. От многих других Ульянова отличала решимость самому сделаться примером для окружающих — именно она и способствовала его превращению в Ленина: более того, он создал партию, которая, вооружившись его идеями и указаниями, должна была сыграть организующую и направляющую роль в осуществлении революции в России. Успех руководства такой партией во многом определялся наличием примера для последователей вождя, составляющих революционный авангард. Может показаться натянутым утверждение, что определенный стиль руководства был выработан Лениным еще до революции с сознательной установкой на широкое подражание; Ленин вовсе не желал возглавлять партию независимых мыслителей, подобных ему самому. С другой стороны, он был достаточно проницателен для того, чтобы не игнорировать вдохновляющие свойства образа жизни и манеры поведения, для него самого вполне естественных и органичных. Упорный труд, жесткая самодисциплина, необычайно высокие требования к себе — все эти качества давали Владимиру Ильичу право ожидать подобной преданности делу и от окружающих; они же помогли ему стать подлинным руководителем революционного движения.

В качестве правителя Советской Россией Ленин акцентировал эти черты своей личности как образцовые для граждан нового государства. Стиль работы Ленина на посту Председателя Совета Народных Комиссаров свидетельствует о том, как страстно хотелось ему быть примером для подражания. Он требовал от подчиненных, чтобы они трудились дольше, усерднее и более эффективно (не говоря уж о честности и трезвости, которые разумелись сами собой). Русская склонность к обломовщине всегда была для Ленина bete noir[135].

Скромность образа жизни Ленина в Кремле стала частью легенд. Квартиру он занимал небольшую, жалованье было низким. В посвященной Ленину литературе неизменно упоминается сердитая записка, направленная им Бонч-Бруевичу, когда тот без ведома Ленина повысил его жалованье с 500 до 800 рублей в месяц[136]. Ленин сторонился фотографов, скульпторов, портретистов, старался избегать подхалимов. Все это согласовывалось с его природными наклонностями, но подобным поведением он подавал также пример и подчиненным. Более всего Ленин стремился вытеснить новым трудовым укладом вопиющие традиции развращенной, никчемной, тщеславной царской бюрократии, доказавшей свою полную несостоятельность. Прислуживание и лесть представляли собой большую опасность, поскольку могли отвлечь от главной цели, заключавшейся в обновлении России, в устранении Обломовых и замене их Фаустами и Генри Фордами. Если для передового отряда необходим новый эталон, такой еще в гораздо большей степени требуется для всей нации в целом.

«У нас мало воспитания масс на живых, конкретных примерах и образцах из всех областей жизни, а это — главная задача прессы во время перехода от капитализма к коммунизму», —

писал Ленин в сентябре 1918 г.[137]. Мифическое жизнеописание Ленина, созданное требованиями культа, целенаправленно носило нормативный характер: назначением его как раз и было воспитание людей в определенном духе, который соответствовал бы ценностям, олицетворенным в образе вождя; ведь Владимир Ильич Ленин был больше реальной личности: своими трудами он подчинил своей воле ход истории, благодаря чему стал неподвластным тлению провозвестником пути к социализму.

3. Ленин в большевистской мифологии 1917–1922 годов