Ленин жив! Культ Ленина в Советской России

Восторженно описание любви крестьян к Ленину, вероятно, не лишено некоторой гиперболичности, однако маловероятно, чтобы Сейфуллина решилась сфабриковать рассказ о Ленине и царе Миколашке[205], который, по ее уверениям, она слышала от одной старухи в селе под Оренбургом. Царю Миколашке самый важный его генерал сообщил, что появился некий человек: «Неизвестного он чину-звания, без пашпорту, а по прозванию Ленин». Этот самый Ленин обещался одним словом забрать с собой царских солдат, стереть в порошок генералов, командиров и офицеров, даже самого царя — и развеять по ветру. Царь испугался и послал Ленину грамоту, предлагая ему разделить страну пополам, лишь бы он не произносил заветного слова. Ленин согласился, но с условием, что царь возьмет «белую» половину — генералов, офицеров и богачей, а Ленину достанется «черная» — солдаты, крестьяне и рабочие. Царь ликовал оттого, что сохранил свои сокровища, однако выяснилось, что Ленин его обманул. Без солдат офицерам некем стало командовать, без простого народа страна опустела. Поэтому царская белая половина России пошла войной против ленинской черной половины с тем, чтобы вернуть ее себе. Однако долго продержаться белая не смогла. Вот так Ленин отнял страну у царя[206].

Фольклорные сказания о Ленине свидетельствуют о привязанности народа к вождю. Стремясь укрепить эту связь, повысить его авторитет среди населения и подать пример читателям, центральная печать публиковала обращенные к Ленину многочисленные приветствия и пожелания выздоровления, которые поступали в редакции советских газет после покушения. Печатались также эмоционально приподнятые письма к редактору с целью продемонстрировать любовь народных масс к Ленину и уверенность трудящихся в том, что Ленин также питает к ним любовь:

«Разрешите на страницах вашей газеты мне, старому писателю, стоящему вне всякой политики, выразить волнующее меня чувство негодования против тех, кто поднял руку на жизнь гениального борца за справедливость, Владимира Ильича Ленина».

Автор — судя по письму, весьма увлеченный политикой — напоминает, что Христос умер со словами: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят». Однако противники Ленина прекрасно знали, на что отваживаются.

«Разве не знают они, что Ленин — мировая лампада, светом любви озаряющая все темные углы человеческого страдания?»[207]

Спустя три недели после покушения «Петроградская правда» даже перепечатала письмо крестьянина, ранее помещенное в провинциальной газете.

«А когда царя-батюшку с божьей помощью спихнули, то тут появилась партия социалистов-революционеров… Но мы, беднота, ожидали такую партию, которая открыто бы высказалась за наделение нас землей… И вот в начале ноября прошлого года получаем декрет, в котором говорится, что отныне собственности на землю нет, от помещиков земля отбирается и передается трудовому народу… Мы трудяги-крестьяне „дивушке дались“. Кто же за такой добрый человек, который так умно все сделал? Прочитали подпись под декретом — „Ленин“».

Письмо заканчивается словами:

«Доверие к попу пропало, а интерес и любовь к Ленину возросли»[208].

Это письмо — одна из наиболее ранних иллюстраций того, как создавался культ Ленина: в нем делается попытка пробудить положительное отношение к Ленину не путем прямого восхваления, но через сознательное подчеркивание нерушимой связи, которая, как подразумевалось, существует между ним и народом. Еще один пример: в статье, помешенной в литературном журнале «Творчество», цитируется стихотворение, написанное рабочим; Ленин в нем изображается одновременно как защитник, ниспосланный свыше, и как воплощение народа:

«Ты для России — небосвод! / Ты — правды свет! Ты — сам народ».

Автор называет Ленина «мозгом и сердцем пролетариата». Статья завершается шутливым объяснением необходимости сделать образ Ленина доступным широкой публике.