Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Мотивы, которыми руководствовались рядовые советские граждане, отправляя подарок Брежневу, как правило, сводились к желанию напомнить о себе, пользуясь старым знакомством, иметь возможность высказать просьбу или просто почувствовать свою сопричастность власти. Достаточно часто Брежневу дарили фотографии люди, каким-то образом пересекавшиеся в своей жизни с генсеком, чаще всего бывшие сослуживцы[643] и коллеги по учебе или работе. Иногда такие фото-подарки дают возможность установить новые факты в биографии самого Л.И. Брежнева. Так, 23 мая 1977 г. некто В.З. Додин отправил Брежневу письмо с фотографией своей матери – Фаны Иосифовны Додиной (в девичестве Фани Вильнер), которая в 1905–1920 гг. работала акушеркой больницы Днепровского металлургического завода. Как утверждал Додин, во время октябрьских погромов 1905 г. Илья Брежнев в составе Боевого отряда защищал местных евреев от погромщиков, в том числе охранял и заводскую больницу. «Через год, у постели Вашей матери, мама узнала Вашего отца. Тогда они и познакомились. Позднее с И. Брежневым познакомился и мой отец <…> Моя мать, быть может, первая увидевшая Вас на этом свете, до конца своей жизни… помнила доброе дело Вашего отца. Считала его своим спасителем», – писал даритель [644].

В личном фонде Брежнева сохранились сведения и о таком типичном подарке советскому вождю, как подарке инвалида. Инвалид I группы, жительница г. Серпухова Светлана Цурган, у которой были парализованы ноги и частично руки, отправила в подарок Брежневу вышитый портрет В.И. Ленина. «Я читаю газеты и знаю, с каким подъемом сейчас трудится наш народ к 100-летию со дня рождения В.И. Ленина. Приспособившись, я вышила портрет нашего любимого вождя», – писала С. Цурган. Надо отдать должное Брежневу – он, как правило, весьма любезно отвечал дарителям – обыкновенным людям и контролировал, чтобы его ответ был отправлен. В данном случае ответ передали через фельдсвязь 21 апреля 1970 г. – в самый канун торжественной годовщины[645].

Л.И. Брежнев с ружьем на праздновании 60-летия Н.В. Подгорного

Огарево, 17 февраля 1963

Фотограф В. Егоров

[РГАКФД]

Что же касается подарков, традиционно преподносимых Брежневу коллективами трудящихся и советскими, комсомольскими и партийными организациями, то представление об этом «ниагарском водопаде» даров и реакции на них самого генсека лучше всего может дать описание выставки подарков к 75-летию Брежнева, оставленное секретарем партийной организации Центрального музея В.И. Ленина Г. Гаражей, который собственно и организовывал показ[646]. Выставку устроили в декабре 1981 г. в Зале заседаний ЦК КПСС, она была закрытой и предназначалась, собственно, для одного посетителя – Брежнева. Среди экспонатов превалировали портреты юбиляра, «почти одинаковые или абсолютно одинаковые», изображения Брежнева также несли на себе десятки хрустальных ваз, изделия из фарфора, керамики, слоновой кости, камня, серебра, вытканные ковры ручной работы и прочие поделки мастеров, в том числе традиционных русских промыслов – Палеха, Хохломы, Федоскино. Много было также подарков, символизирующих достижения промышленности, науки и техники, в том числе макеты научных и технических сооружений, искусственные изумруды от Академии наук и шахматы из самоцветов от Министерства геологии. Особое место занимала большая коллекция огнестрельного оружия – подарки тульских, ижевских, златоустовских заводов и генералитета[647]. «Много подарков было скучных, однообразных, к сожалению, они преобладали», – констатирует Г. Гаража, имея в виду сотни юбилейных адресов и трудовых рапортов коллективов. Среди них выделялись макеты книг Брежнева «Целина», «Малая земля» и «Возрождение», поднесенные Днепропетровским обкомом КПСС[648]. В своих воспоминаниях Гаража рисует Брежнева, посетившего выставку единственный раз вместе с женой и охраной в 20-х числах января 1982 г., усталым, пресыщенным человеком, совершенно равнодушным к официозным подаркам: «Он не один год прожил на свете, не один пуд комиссарского хлеба скушал, знал, как и кто составляет клятвы от народа»[649]. Лишь несколько вещей вызвали живой интерес генсека, в первую очередь – его собственный портрет вместе с матерью кисти З. Церетели, выполненный в манере подражания старой фотографии.

Дары Брежневу и подарки Брежнева в свете его рабочих и дневниковых записей