Такое «аскетическое» отношение к подаркам не всегда было свойственно Брежневу, о чем свидетельствуют в том числе его собственноручные пометки. Так, 6 ноября 1976 г., в преддверии своего 70-летнего юбилея, он пишет: «Был в ЦК – посмотрел эмалевые приборы <…> Посмотрел сувениры и эмалевые – и из комнаты в приемной ЦК кое-что забрали домой, кое-что – шахматы – оставил, но их потом возьму домой». Запись от 25 апреля 1977 г.: «Принял Романова Гр[игория] Васильев[ича] (Ленинград). Принес малогабаритный телевизор – (будут давать в 60-тие [революции])» [650].
Еще более часто Брежневым упоминаются в «дневниках» так называемые дары природы – очевидно, продуктовые «корзины», традиционно преподносившиеся ему руководителями республик и областей. Вот лишь несколько характерных записей. 6 ноября 1976 г. – «Позвонил тов. Алиеву Г.А. Поздравил с праздником и поблагодарил за посылки продук[товые]; 23 августа 1977 г. – «Переговорил с Бородиным Леонидом Александ[ровичем], поблагодарил за плоды. Говорил с Шеварнадзе Э.А. – поблагодарил»; 19 февраля 1979 г. – «Разговаривал с Рашидовым (благодарил за дары). Разговаривал с Шерванадзе – поблагодарил за дары»; 17 июля 1979 г. – «Позвонил и поблагодарил Кунаева Д.А. за дары природы <…> Астрахань, Бородин Леонид Александрович, поблагодарил за дары природы»; 1 ноября 1979 г. – «Провел заседание Политбюро <…> Поблагодар[ил] Украину за дары. Поблагодарил Молдавию [за дары]. Поблагодарил Астрахань [за дары]»; 6 ноября 1979 г. – «Позвонил Алиеву – поздравил с праздником и поблагодарил за дары природы»; 5 июля 1981 г. – «Поблагодарил Т.Я. Кисилева[651] за дары природы»[652].
В качестве главы государства и правящей партии Брежнев был ключевым участником ритуалов даров на всех уровнях – от международного до частного. Независимо от своей воли и желания он должен был «отвечать взаимностью» на сделанные ему подарки, т. е. отдариваться, причем спектр «отдарков» был чрезвычайно широк – от фотографии с автографом до промышленного объекта, возведенного советскими специалистами. Гораздо более интересными, с точки зрения характеристики личности Брежнева, являются ситуации, в которых он выступал в роли «первичного», т. е. добровольного, дарителя, когда инициатива подарка исходила от него самого. Такие сведения также содержатся в рабочих тетрадях генсека, в которых Брежнев достаточно часто фиксировал подарки, преподнесенные им своему ближнему окружению.
В мае 1976 г. Брежнев записал: «13 мая после заседания [Политбюро] был у зубников Вал[ентина] Ал[ександровна] – Муза. 16 мая – отвезли им по кабанчику»[653]. Одаривание ближайшего окружения, в том числе членов Политбюро, мясом и дичью охотничьих трофеев было одним из любимых занятий Брежнева, и не случайно. С одной стороны, это был весьма личный подарок, поскольку он «материализовался» в качестве непосредственных усилий и мастерства самого генсека как охотника, с другой стороны, такой подарок, очевидно, как ничто другое, отвечал патриархальным представлениям Брежнева о природе власти, что дополнительно подчеркивалось архаичностью самого дара. В определенном смысле этот вид подарка близок знаменитой шубе «с царского плеча», причем все получатели «даров» были людьм и небедными.
Вот наиболее характерные записи на эту тему. 10 августа 1976 г. Брежнев отмечал в «дневнике»: «Позвонил Подгорному – послал Ю.М. [Чурбанову] ляжку оленя»; 26 сентября 1976 г. – «отправил Н[иколаю] Викторов[ичу Подгорному] 2 окорока и 10 уток»; 10 января 1977 г. – «Разговаривал по телефону с И.К. Колодяжным об отправке К.У. Черненко кабанов – как я о этом говорил»; 21 января 1977 г. – «Говорил с Н.А. Тихоновым – [он] благодарил за кабанятину»; 14 февраля 1978 г. – «Послать лопатку заднюю Цуканову. Говорил по телефону (коротко) поблагодарил за дары и хотел попасть ко мне»; 4 декабря 1978 г. – «Звонил Кириленко А.П., благод[арил] за дары – [он] сам тоже в “Барсуках” убил кабана – вот и все»; 20 августа 1979 г. – «Говорил с Косыгиным – он сидит над планом на 1980 – послать окорок»; 11 ноября 1979 г. – «Переговорил с Тихоновым Н.А. – благодарил за трофеи и просил[ся] на прием»[654].