Читаем Левиафан 2. Иерусалимский дневник 1971 – 1979 полностью

29.5. С Даней Левиным и госпожой Намир ездили по художникам, но застали лишь Григоровича. Я также показал свое и Стесина, насчет выставки-продажи в Канаде и США.

Вечером была прелестная Маша Барон с приятелем Цви.

Неожиданно появились Ванд-Поляки с известием – завтра в 3 ч. дня Стесин прилетает в Израиль.

30.5. Иерусалим. Тель-Авив. Я выехал в Тель-Авив, обедал у Яши Александровича, ездили с ним в Лод и узнали, что Стесин сегодня не приезжает. Я был у Шепсов, и разговаривали с Марком.

Вечером с Яшей были в кино и гуляли. Ночевал у Шепсов.

31.5. Тель-Авив. Иерусалим. Утром с Марком Шепсом выехали в Иерусалим, беседовали в дороге. Потом Марк был у нас, смотрели новые каталоги, фото и пр.

Я был в Доме художников на совете: Изи Амир, Ракия, Бецалель, Герштейн, Иоси. Герштейн предложил повесить мои работы на месяц в вестибюле Дома художников в рамках «Художник месяца».

1.6. Иерусалим. С Иркой были в Доме художников, я повесил 4 свои работы в вестибюле. Идет подготовка к выставке «Китч» – вешают: Герштейн и Толковский.

Гуляли с Иркой и были в галерее «Ктана», где милый хозяин Иоси Офек – галерея-кафе. Ев. Ар. дома со Златкой, Яшка в садике.

Сегодня у нас ночевала и утром была Наташа Яблонская – она несколько дней как приехала, а муж ее фиктивный – князь А. Волконский[38] лечится в Швейцарии.

Яблонская сообщила, что Стесин не собирается в Израиль, а хочет остаться в Европе! – так он ей говорил сам (?!). В Европе он, конечно, не останется, но его задержка в Вене и болтовня меня удручают.

2.6. С Иркой и Златкой на вернисаже выставки «Китч». «Рыболов со свиньей» из моей коллекции тоже висит. Знакомые: Бейтан, Озеранский, Бецалель, Герштейн, Ракия и др. Познакомились с худ. Кармелой Клан (плохая худ.) и зашли к ней, муж ее Ханох лит. редактор издательства Бялика.

В Доме художников встретили Цви Эйяля с Хефци и сыном. Мы пили кофе и беседовали с Мией, и я потом проводил ее и был у нее дома.

Ев. Ар. с Яшкой ездили с Портными в Ашдод и вернулись с Женей Цетлиной. Зашел хитрожопый Априль, темнила. Телеграмма от Багеры – сегодня в 12 ночи будет в Лоде Стесин – позвонили в Лод – не сегодня – завтра в 12 дня.

3.6. Иерусалим. Тель-Авив. Лод. Яффо. Иерусалим. Красный Ю. отвез меня, Ев. Ар. и Женю Цетлину в Тель-Авив. Я встретился с Гвили насчет устройства Стесина, Ев. Ар. Зашел в магазин к Я. Тверскому. Зашел в магазин Болеславский.

Поехал в Лод, ждал Стесина, встретил Свирского и спорил с ним о Солженицыне – Свирский, конечно, обычный советский дурак.

За стеклянной перегородкой появился Стесин. Бледный, лохматый, в каком-то овчинном тулупе с вышивкой. Еще немного, и мы вместе. Мы сидели на перилах, и Виталька рассказывал, как его задержали на таможне и пр. и как конфисковали работы и мн. мн. др.

Приехал Яша Александрович, взял нас и повез в ресторан, пообедали и поехали в Яффу, где оформили Витальку в общежитие олим, и поехали домой.

Дома Виталька увидел Ирку, Яшку, Златку, и потом мы все сидели за столом, пили, закусывали, болтали. Пришла также Портниха. И так до вечера – пока Яша не уехал. Но спать легли поздно. Первая ночь Витальки в Израиле.

4.6. Утром приехал Губерт Монтарье, у него нет денег, он хотел бы, чтобы я ему помог с выставкой-продажей. Художник он слабый, но человек очень милый.

Я учился водить авто. Ирка с Виталькой поехали в Старый город на рынок.

Были: Слава Цукерман с Ниной + Галя Иоффе – жена поэта.

Была Мириам Таль с худ. Фимой (Эфраим Ройтенберг). И мы со Стесиным и Цукерманами весь вечер пили коньяк и беседовали.

5.6. Со Стесиным гуляли в центре. В Доме художников встретил: Дану Левину и Ханну Лернер, Ракию, Амира. Познакомился с японским фотографом Накамурой и редактором журнала «Бридж» в Австралии евреем Брежняком.

В галерее «Ктана» встретили со Стесиным Безема. Н. Б. очень хвалил меня и назвал одним из наиболее серьезных худ. в стране.

Я, Ирка, дети, Стесин были у Монтарье. Он и его жена – милые люди, но художник он – увы! – никакой. Вечером у нас: Ванд-Поляки, Паскуале Бройд (архитектор) и жена его Эстелла. Пили коньяк и пр.

6.6. Ирка с детьми и Стесиным, с Портными весь день были у моря.

У меня были Хаим Бережняк (редактор австралийского евр. журнала «Бридж») и его жена. Мы пили коньяк и беседовали о политике и евреях. Я был приглашен, и мы были в ресторане и совершили прогулку в авто на гору Скопус. Х. Б. купил мой рис. за 100 лир и подарил мне 3 благородных опала, я подарил им свой рис.

7.6. Иерусалим. Иерихон. Я, Ирка, Златка, Яшка, Ев. Ар., Стесин, Портниха с Михаль – ездили в Иерихон гулять. Я был на заседании в Доме художников (+ Амир, Бецалель, Ракия и Иоси). Потом с Иркой и Виталькой были в кафе Дома художников и галерее «Ктана».

Перейти на страницу:

Все книги серии Критика и эссеистика

Моя жизнь
Моя жизнь

Марсель Райх-Раницкий (р. 1920) — один из наиболее влиятельных литературных критиков Германии, обозреватель крупнейших газет, ведущий популярных литературных передач на телевидении, автор РјРЅРѕРіРёС… статей и книг о немецкой литературе. Р' воспоминаниях автор, еврей по национальности, рассказывает о своем детстве сначала в Польше, а затем в Германии, о депортации, о Варшавском гетто, где погибли его родители, а ему чудом удалось выжить, об эмиграции из социалистической Польши в Западную Германию и своей карьере литературного критика. Он размышляет о жизни, о еврейском вопросе и немецкой вине, о литературе и театре, о людях, с которыми пришлось общаться. Читатель найдет здесь любопытные штрихи к портретам РјРЅРѕРіРёС… известных немецких писателей (Р".Белль, Р".Грасс, Р

Марсель Райх-Раницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Гнезда русской культуры (кружок и семья)
Гнезда русской культуры (кружок и семья)

Развитие литературы и культуры обычно рассматривается как деятельность отдельных ее представителей – нередко в русле определенного направления, школы, течения, стиля и т. д. Если же заходит речь о «личных» связях, то подразумеваются преимущественно взаимовлияние и преемственность или же, напротив, борьба и полемика. Но существуют и другие, более сложные формы общности. Для России в первой половине XIX века это прежде всего кружок и семья. В рамках этих объединений также важен фактор влияния или полемики, равно как и принадлежность к направлению. Однако не меньшее значение имеют факторы ежедневного личного общения, дружеских и родственных связей, порою интимных, любовных отношений. В книге представлены кружок Н. Станкевича, из которого вышли такие замечательные деятели как В. Белинский, М. Бакунин, В. Красов, И. Клюшников, Т. Грановский, а также такое оригинальное явление как семья Аксаковых, породившая самобытного писателя С.Т. Аксакова, ярких поэтов, критиков и публицистов К. и И. Аксаковых. С ней были связаны многие деятели русской культуры.

Юрий Владимирович Манн

Критика / Документальное
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891–1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля.В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками…Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910–1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

Борис Яковлевич Фрезинский , Борис Фрезинский

Биографии и Мемуары / История / Литературоведение / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное