Читаем Левиафан 2. Иерусалимский дневник 1971 – 1979 полностью

8.6. Иерусалим. С Иркой и Стесиным совершили пешком путешествие по Иерусалиму. На автобусе до Гиват Царфатит и потом все время пешком. На горе Скопус были в монастырях и пили коньяк с кофе в греческой ортодоксальной церкви в гостях у архиепископа Федосия и познакомились с греческим патриархом Бенедиктосом. Шли напрямик через арабские кварталы вниз по горе. Отдыхали в смоковном саду на дне долины. Поднялись на Абу Тор и зашли к Нафтали Безему, пили соки, беседовали и смотрели его картины.

Стесин поднял бунт на корабле, он устал. Цви Фефер заехал за нами и повез нас в свой новый дом в Гиват Царфатит. Был у него страховой агент А. Кахана с женой. Мы осматривали квартиру, пили кофе и беседовали. Страх. агент отвез нас домой.

9.6. Ирка с детьми, Ев. Ар., Стесиным, Портными и Гольдшмитами уехали на море.

Я составляю каталог для кёльнской выставки у Бар-Геры.

10.6. Учился водить автомобиль.

Был у Колиц насчет моего «каталога» в Гешер и ателье для Стесина.

Был у Гии Шалома насчет денег, украденных Э. Армон, и насчет Центра.

Был в Доме художников, мелкие дела с Иоси Гольдштейном.

С Иркой и Стесиным смотрели «Последнее танго» Бертолуччи.

С Иркой и Стесиным пили кофе в галерее «Ктана». Встретили там Наоми Бахар и парнем и некую Мириам. Шли домой пешком, и потом я проводил Мириам Ирон до дома.

11.6. Ругались со Стесиным. Зашли к Мириам Ирон, она красотой не отличается.

Ирка и Стесин с Цви и Мэри Феферами ездили смотреть их дом Витальке под ателье, а потом пили кофе у нас. Приехала Ев. Ар.

12.6. С Иркой и Виталькой были у Моше Кармиля дома. Виталька рассказал о конфискации его работ и написал тут же все на бумаге. Кармили очень симпатичные люди. Мы пили холодные напитки и беседовали.

С Иркой и Виталькой были у Якова (Жака) Каземахера, он и его жена чрезвычайно симпатичные люди, и у К. хорошие картины. Вдруг К. пришла идея, чтобы Стесин жил, учился и рисовал в ешиве Диаспора. На микроавтобусе К. мы поехали на Хар Цион. Говорили со студентами, видели Ику Исраэли, Юру Когана, говорили с рабби Гольдштейном (глава ешивы). Потом с Иркой и Виталькой и Каземахером поехали к нам, смотрели картины, книги и пр., и Жак восхищался картинами Стесина и др.

13.6. Подрался с двумя «марокканцами» в Доме художников после фильмов Жака Катмора. «Марокканцы» приставали к Ирке. Я дал одному из них кулаком по роже, и мы сцепились. Мне расшибли нос, губы, и отломился кусочек переднего зуба. Полиция составила акт.

После фильмов все поехали к нам. Жак Катмор с Анной, Мишель Опатовский с Идит Годик, Мириам Ирон и мы с Иркой и Стесиным. Пили коньяк, курили марихуану до 4 ч. утра. Но я плохо себя чувствовал из‐за разбитого лица.

14.6. Губы мои разбиты, нос опух – нельзя дышать, зуб выщерблен, настроение минорное. Вечером гости: страховой агент Ади Кахана с женой, Ванд-Поляки.

15.6. У общежития «Гринберг» познакомился с прелестной Барбарой Перельман из США, и мы пришли к нам домой.

Я и Стесин были на обрезании у сына А. Офека. Много знакомых. Н. Безем, Д. Герштейн, позн. с философом Абрамским и др.

У нас был Моше Кармиль с Владимиром Боначичем (югослав, скульптор, ученый). Познакомились и говорили о том, как создать дело из конфискации стесинских работ.

Были со Стесиным у Мириам Ирон, Стесин звонил матери в Москву. Пили кофе.

Барбара Перельман была у нас. Ей 21 год. Глаза светятся. Я показывал ей картины и пр. Проводил ее до дома.

16.6. Иерусалим. Тель-Авив. Рамат-Ган. Яффо. С Иркой и Стесиным поехали на маршрутке в Тель-Авив. Приехали к Марку Шепсу, познакомили всех со Стесиным.

Были у Якова Бар-Геры и весь день обсуждали наши коммерческие авантюры. Обедали в ресторане. Были в Тель-Авивском музее. Я, Ирка, Стесин, Марк Шепс и Эстер были в Яффо. Ужинали в ресторане. Гуляли в галереях и пр.

Были у галериста Салманова, он вдруг неожиданно заинтересован быть у меня.

Были в новой галерее Ораса Рихтера. Марк познакомил меня с ним, он видел мои работы и хочет приехать ко мне. Сейчас у него выставка работ кинетистов (Агам и др.).

Стесин ночевал в общежитии олим в Яффо. Мы с Иркой – у Шепсов.

17.6. Рамат-Ган. Тель-Авив. Иерусалим. С Иркой и Стесиным были у Бар-Геры Якова. Обсуждали наши планы.

С Иркой и Стесиным покупали для Витальки холсты в Доме худ. и пили кофе с Мишелем Опатовским и Жаком Катмором. Жак отвез нас к Марку.

С Шепсами выехали в Иерусалим, они сегодня на приеме у Абы Эвена.

Сегодня нашей Златочке 2 года. Когда мы приехали, она уже спала. Дети без нас были с Ев. Ар.

Была у нас Мириам Мешель с неким литератором из Черновиц (оле) Цви Вайнбергом (он + худ.-любитель – забавный мужчина ок. 60 лет).

Ирка взяла Стесина, отвезла и передала его Шепсам, которые отвезли его в Тель-Авив к Катмору. А у Катмора все обнаженные и марихуана.

18.6. Иерусалим. Стесин вернулся из Т.-А. Вечером был у нас Яша Александрович, и Стесин уехал с ним в Т.-А. Заходил Слава Цукерман.

Перейти на страницу:

Все книги серии Критика и эссеистика

Моя жизнь
Моя жизнь

Марсель Райх-Раницкий (р. 1920) — один из наиболее влиятельных литературных критиков Германии, обозреватель крупнейших газет, ведущий популярных литературных передач на телевидении, автор РјРЅРѕРіРёС… статей и книг о немецкой литературе. Р' воспоминаниях автор, еврей по национальности, рассказывает о своем детстве сначала в Польше, а затем в Германии, о депортации, о Варшавском гетто, где погибли его родители, а ему чудом удалось выжить, об эмиграции из социалистической Польши в Западную Германию и своей карьере литературного критика. Он размышляет о жизни, о еврейском вопросе и немецкой вине, о литературе и театре, о людях, с которыми пришлось общаться. Читатель найдет здесь любопытные штрихи к портретам РјРЅРѕРіРёС… известных немецких писателей (Р".Белль, Р".Грасс, Р

Марсель Райх-Раницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Гнезда русской культуры (кружок и семья)
Гнезда русской культуры (кружок и семья)

Развитие литературы и культуры обычно рассматривается как деятельность отдельных ее представителей – нередко в русле определенного направления, школы, течения, стиля и т. д. Если же заходит речь о «личных» связях, то подразумеваются преимущественно взаимовлияние и преемственность или же, напротив, борьба и полемика. Но существуют и другие, более сложные формы общности. Для России в первой половине XIX века это прежде всего кружок и семья. В рамках этих объединений также важен фактор влияния или полемики, равно как и принадлежность к направлению. Однако не меньшее значение имеют факторы ежедневного личного общения, дружеских и родственных связей, порою интимных, любовных отношений. В книге представлены кружок Н. Станкевича, из которого вышли такие замечательные деятели как В. Белинский, М. Бакунин, В. Красов, И. Клюшников, Т. Грановский, а также такое оригинальное явление как семья Аксаковых, породившая самобытного писателя С.Т. Аксакова, ярких поэтов, критиков и публицистов К. и И. Аксаковых. С ней были связаны многие деятели русской культуры.

Юрий Владимирович Манн

Критика / Документальное
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891–1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля.В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками…Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910–1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

Борис Яковлевич Фрезинский , Борис Фрезинский

Биографии и Мемуары / История / Литературоведение / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное