Любимец Сталина. Забытый герой

В слепых полётах экипаж А. Е. Голованова вышел на передовые позиции. Его попросили поделиться опытом, дать советы и рекомендации лётчикам по внедрению таких полётов. Ответом явилась статья, опубликованная в журнале «Гражданская авиация»: «…Мы приобрели большой опыт полётов вслепую, вне трасс, в сложных метеорологических условиях, – подытоживал Голованов. – Я убедился, что, если пилот владеет слепым полётом, радионавигацией, он может выполнить рейс в любых условиях. Даже в тех случаях, когда пользование радионавигацией невозможно, грамотный пилот, пользуясь богатейшей навигационной аппаратурой современного самолёта, всё же может выполнить рейс, и притом весьма точно… Пользуясь системой радиосигналов, мы точно выходили на аэродром и благополучно приземлялись».

Начало службы в авиации

Однажды Я. Смушкевич, бывший в то время генеральным инспектором ВВС, сказал А. Е. Голованову, что он должен написать письмо Сталину. Смушкевич пояснил: зная лётную работу ВВС, Александр Евгеньевич должен был понять, что военные вопросам слепых полётов и использованию средств радионавигации надлежащего значения не придают, а руководители этого направления сами недостаточно подготовлены. «…Далее напишите, что вы можете взяться за это дело и поставить его на должную высоту», – закончил Смушкевич.

После долгих размышлений Голованов написал: «Товарищ Сталин! Европейская война показывает, какую огромную роль играет авиация при умелом, конечно, её использовании. Англичане безошибочно летают на Берлин, Кёльн и другие места, точно приходя к намеченным целям, независимо от состояния погоды и времени суток. Совершенно ясно, что кадры этой авиации хорошо подготовлены и натренированы…

Имея некоторый опыт и навыки в этих вопросах, я мог бы взяться за организацию и организовать соединение в 100–150 самолётов, которое отвечало бы последним требованиям, предъявляемым к авиации, и которое летало бы не хуже англичан или немцев и являлось бы базой для ВВС в смысле кадров и дальнейшего увеличения количества соединений.

Дело это серьёзное и ответственное, но, продумав всё как следует, я пришёл к твёрдому убеждению в том, что если мне дадут полную возможность в организации такого соединения и помогут мне в этом, то такое соединение вполне возможно создать. По этому вопросу я и решил, товарищ Сталин, обратиться к Вам. Лётчик Голованов».

Шло время, а ответа не было. Голованов уже перестал ждать. И вот однажды, когда он по заданию улетел в Алма-Ату, туда поступила телеграмма, предлагавшая ему срочно вернуться.

Вскоре после возвращения прислали машину, и Александр Евгеньевич оказался в кабинете секретаря ЦК Г. М. Маленкова. Они вошли в небольшой подъезд, поднялись на второй этаж.

– Здравствуйте, – сказал Сталин. – Мы видим, что вы действительно настоящий лётчик, раз прилетели в такую погоду. Мы вот здесь, – он обвёл присутствующих рукой, – ознакомились с вашей запиской, навели о вас справки, что вы за человек. Предложение ваше считаем заслуживающим внимания, а вас считаем подходящим человеком для его выполнения.