Ливонская война. Вильно против Москвы 1558 – 1570

На Виленском сейме 1563 г. сеймовые станы представили «просьбу» о необходимости военной и финансовой помощи от Польши: «Абы тепер послати до Коруны Польское до панов поляков, рачил, жедаючи их о помоч напротивко тому неприятелю князю Московскому»[1202]. Сигизмунд Август отложил решение этого вопроса до ближайшего польского сейма.

На сеймах 1566–1567 гг. инициативой овладела влиятельная группировка радных панов, выступавшая против заключения унии. По переписке Сигизмунда Августа с Я. Ходкевичем и О. Воловичем лета 1566 г. отчетливо видно, что проунийная партия в конце концов проиграла противникам унии во главе с Н. Радзивиллом Рыжим[1203]. Господарская Рада смогла помешать заключению союза с Польшей, сославшись на возобновление военной угрозы со стороны Московского государства[1204].

На Городенском сейме (в декабре 1566 — январе 1567 г.) основное внимание было сосредоточено на военных проблемах. На сеймовых заседаниях «вси станы, сойму вольному належачие, добровольне и однако змовивши и згодивши», предложили предпринять чрезвычайные мобилизационные усилия. Важно отметить, что это решение было принято в отсутствие Сигизмунда Августа[1205]. Оказавшись перед фактом, он просто не мог проигнорировать подобное проявление самопожертвования. Поэтому постановление сейма содержало лишь статью «о сланье до панов поляков» с просьбой о финансовой помощи на будущую кампанию против московитов и требованием не призывать князя вернуться в Польшу до завершения военных действий[1206].

И только на Городенском сейме 1568 г. было одобрено решение о созыве общего польско-литовского сейма и заключении унии[1207].

До этого времени Сигизмунд Август стремился влиять на общественное мнение через сеймовые листы и своих послов на новообразованные сеймики, а обсуждение острых политических вопросов переводить на так называемые «военные съезды»[1208].

Впервые попытка придания посполитому рушенью функций представительного органа была предпринята осенью 1564 г. Шляхта должна была собраться под Минском «так для службы нашое и земское военное […], яко и для вступу вашого в суд земский возле Статуту нового, для росписанья поветов и местец на суд и ховане книг и на обранье врадников судовых, судей, подсудков и писаров»[1209]. Несмотря на принятие определенных решений, эта попытка оказалась не совсем удачной из-за малого представительства шляхты.

Следующий раз господарская власть собиралась подобным образом найти способ решения «земских потреб» в августе 1566 г.[1210] Однако из-за роспуска посполитого рушенья от этой идеи вскоре отказались.

Она была с успехом реализована под Лебедевом в ноябре 1567 г., о чем еще будет сказано ниже. Любопытно, что в феврале 1568 г. великий князь попытался снова уговорить сеймовые сословия решить наиболее актуальные военно-оборонительные проблемы с помощью военного съезда. На этот раз, однако, «за зданием рад наших и за прозбою вас, всих станов рыцарства нашого» Сигизмунд Август был вынужден объявить созыв вального сейма[1211].

Сеймовые листы прекрасно показывают, как господарская власть старалась пользоваться шляхетской поддержкой в качестве дополнительного аргумента для постановки вопроса о заключении унии. Так, в листах от 22 марта 1566 г. особо отмечались «прозбы покорные от всих станов рыцарства» заключить унию с Польшей[1212]. В октябре 1566 г. в инструкциях для господарских послов на сеймики Сигизмунд Август упоминал, что предыдущий Берестейский сейм был созван «для взновенья и змоцненья унеи […], што его кролевская милость вделал, чинечи прозбе вашей досыть, которую на початьку перьвшое вальки под Витебском з войска Его Кролевской Милости есте просячи посылати и на соймех у Вильни о то просили»[1213]. Как видим, истоки шляхетских просьб об унии виделись в событиях, произошедших под Витебском в 1562 г. Отметим также, что в своем обосновании необходимости унии господарская власть прямо связывала ее с военно-оборонительными нуждами страны[1214].