Лобановский

Блохин-тренер добрался со сборной Украины до четвертьфинала чемпионата мира 2006 года — безусловное достижение! — но полностью провалил работу с киевским «Динамо»: шутка ли — впервые в истории чемпионатов Украины «Динамо» при Блохине, работавшем с командой около девятнадцати месяцев, заняло лишь третье место. Но самое главное: у Блохина-тренера не оказалось в наличии не только собственного тренерского метода, но и метода (или методов), сформулирую так, «заимствованного».

Он сильно раздражался, когда ему пытались напомнить о Лобановском, повышал на пресс-конференциях голос: «Я — не Лобановский! Я — Блохин! Не сравнивайте меня с Лобановским! У Лобановского было своё ви́дение футбола, у меня своё!» И полагал, прислушиваясь к тем, кто будто бы всё касательно происходившего в киевском «Динамо» знал и утверждал: Лобановский будто бы только тем и занимался, что запрещал «вассалам произносить запретную фамилию всуе». Под «запретной фамилией» имея в виду собственную, Блохина, как, впрочем, запрещал якобы «вспоминать без особой на то нужды Анатолия Фёдоровича Бышовца, ещё одного неординарного и нелюбимого антагониста». Лобановский, дескать, почувствовал в Блохине (получается, и в Бышовце?) конкурента, «понимал, кто именно может оказаться достойным, но отнюдь не желанным наследником его вотчины», а потому, опасаясь конкуренции и сравнений не в свою пользу, всё делал для того, чтобы завершивший карьеру игрок Блохин в тренерской группе ассистентов Лобановского не появлялся.

«И почему я должен кому-то что-то доказывать? — возмущался Блохин. — Брать низшую команду и поднимать её? Если следовать этой логике, то многие наши тренеры, которые сюда вернулись, тоже должны были тренировать плохие команды и выводить их наверх». Под «сюда вернулись», несмотря на множественное число, Блохин подразумевал только Лобановского. Никто больше «отсюда» не уезжал и «сюда» не возвращался.

Занятия Лобановского Блохин никогда не конспектировал. И тренером быть не собирался. Но — стал им. Семь лет проработал в Греции. «Я знаю, — говорил он в 1997 году, — что там, в Москве или Киеве, многие смеются — Блохин работает в какой-то Греции. Как-то приезжал сюда Бышовец, поморщился, и как же, говорит, ты здесь можешь работать? Ну и что, он после этого “Реал” принял? Нет, поехал на Кипр».

Телекомментатор Геннадий Орлов, назвав 20 июня 2012 года в «Советском спорте» шестидесятилетнего Блохина «перспективным тренером», утверждает, что «на Украине он наряду с Бышовцем стал антиподом Лобановского — просто они имели собственное мнение, за что и поплатились. Клан Лобановского не мог допустить, чтобы эти двое взобрались на вершину. Требовалось время, уход Лобановского, чтобы Блохин стал в этом клане своим».

Орлов, надо сказать, ввёл совершенно новое понятие, прежде не упоминавшееся, — «клан Лобановского». Что это означает, кто входит в состав «клана», за какое «собственное мнение» поплатились Бышовец и Блохин и что за этим кроется — об этом телекомментатор не обмолвился ни словом, ни полусловом. Главное — заставить несведущих людей поверить в то, что мифический «клан Лобановского» мало того что карал Бышовца и Блохина за «собственное мнение», так ещё и всё делал для того, чтобы эти двое, не дай бог, не взобрались на вершину.

Никто между тем не мешал Бышовцу, возглавившему «Шахтёр», поднять эту команду с её беспрецедентным финансированием на «вершину». Но тренер — к сожалению для тех, кто его позвал, — работу в Донецке завалил (донецкие футболисты прозвали Бышовца «Копперфильдом» — ЗИЛом: «заслуженным иллюзионистом» вместо «заслуженного тренера»).

Как завалил работу в киевском «Динамо» Блохин, которому никто не мешал выиграть с этой командой, по части финансирования и созданных условий «Шахтёру» практически не уступавшей, хотя бы чемпионат Украины, что удавалось почти всем его предшественникам. Игорю Суркису казалось, что «такая харизматичная личность, как Блохин, может вывести команду на новый уровень». Президент клуба готов был делать всё для того, чтобы у тренера это получилось. Но, к сожалению, ничего у Блохина в «Динамо» не получилось.

После отставки Буряка с поста главного тренера сборной Украины и назначения на эту должность Блохина оба затеяли детский спор: кто перед кем и когда должен держать отчёт?

Блохин, понятно, настаивал на отчёте перед ним предшественника. Буряка такая постановка вопроса удивляла. У него, мотивировал он, было соглашение с президентом Федерации футбола Украины Григорием Суркисом, с ним и был разговор, и при чём тут Блохин? У Блохина, напоминал Буряк, есть «номер моего телефона»: пожалуйста, пусть звонит, задаст любые вопросы, на которые получит ответы. А специально приходить к нему «на отчёт» — увольте!