В нашем же суде мистер Таттл мог бы избежать всего связанного с судебными разбирательствами стресса, попросту признав свою вину. Даже если бы против него не было никаких других доказательств, его признание в совершении уголовного преступления охотно было бы принято в английском суде. В Японии, однако, в случае отсутствия у суда убедительных подкрепляющих доказательств, статья 38 Конституции не дала бы вынести ему обвинительный приговор, даже если бы он дал полное чистосердечное признание (6).
Проще говоря, чтобы не вдаваться в полномасштабный сравнительный анализ по всем странам, привычная нам система правосудия является далеко не единственным способом разобраться с мистером Таттлом. Да даже в нашей стране в различные исторические эпохи его бы тоже судили несколько по-другому.
Во времена англосаксонской Англии понятия судебных разбирательств по факту уголовных обвинений на основании доказательств попросту не существовало. Вплоть до десятого века судов как таковых не было. Вместо этого потерпевшей стороне предлагалось уладить кровную месть с обвиняемыми путем уплаты виры – денежной компенсации. Начиная с середины шестого века король издавал законы, которые дополнялись местным законодательством. Когда саксонские короли стали проявлять все больше и больше интереса к обеспечению соблюдения закона, урегулирование определенных преступлений, таких как государственная измена, убийство и воровство, перестало проводиться во внесудебном порядке между заинтересованными сторонами и перешло под контроль короля. После наступления десятого века жителя, обвиненного в нарушении королевского закона или местных устоев, обвинитель приводил на собиравшийся ежемесячный общественный суд, и если его клятв оказывалось недостаточно, чтобы признать его невиновным, то степень вины устанавливалась в ходе так называемых судебных ордалий
Они представляли собой испытания либо горячей водой – мистеру Таттлу пришлось бы опустить свою руку в котел с кипящей водой, чтобы попытаться достать со дна камень, либо холодной водой, в ходе которого обвиняемого связывают и бросают в озеро. Если в первом случае его раны заживали в течение трех дней, либо, во втором, он тонул, то считалось, что Господь признал его невиновным, пускай слегка обожженным или утонувшим человеком. Если же обожженная ладонь спустя три дня по-прежнему выглядела немного окровавленной и облезлой, либо если он всплывал (как это бывало со многими обвиняемыми, так как метод их связывания создавал эффект плавучести), то считалось, будто тем самым Бог выносит обвинительный приговор.
После нормандского завоевания у мистера Таттла была бы возможность выбрать судебный поединок (на который, если судить по его внешнему виду, ему было бы весьма целесообразно соглашаться), устраиваемый между обвиняемым и обвинителем, либо их представителями, однако лишь в тринадцатом веке появилось нечто похожее на суд на основе доказательств, а не просто акт бессмысленного насилия. Вскоре мы к этому перейдем.
Тем временем, прежде чем закончить с обвиняемым, нам следует сказать пару слов о его судьбе в случае признания его (что почти неизбежно) виновным. Заключение на определенный срок в тюрьмах Ее Величества – самое суровое наказание, которое может быть назначено судом. Вместе с тем концепция наказания в виде лишения свободы является относительно современной. В англосаксонский и нормандский периоды приговоры представляли из себя такой ассортимент наказаний, как повешение, выбивание глаз, сдавливание яичек, вырезание носа и ушей (излюбленное наказание короля Кануда женщинам, совершившим супружескую измену), штрафы, компенсации и другие изощренные членовредительства. К моменту расцвета династии Плантагенетов и началу царствования Генриха II (1133–1189) наказания за многие преступления были стандартизированы и сводились к отсечению правой руки и стопы с последующим изгнанием из королевства (7).
В англосаксонский и нормандский периоды приговоры были такими: повешение, выбивание глаз, сдавливание яичек, вырезание носа и ушей, штрафы и другие изощрения.