Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Когда парламентарий Карл Тернер вынес на рассмотрение в Парламент проблему недостатка финансирования уголовного суда Великобритании в январе 2017 года, на его выступлении, где он подробно рассказывал о стенающих работниках уголовного суда и разваливающихся судебных процессах – вещах, с которыми мы в суде сталкиваемся ежедневно, – присутствовала жалкая кучка членов Парламента, а почти все СМИ так и вовсе полностью данное событие проигнорировали (4). Когда суды поддержали инициативу государства лишить необоснованно обвиненных людей компенсации судебных издержек (5), не было никаких возмущений и протестов. Лишь полнейшая тишина.

Если бы речь шла не об уголовном суде, а о НСЗ[4], то данная новость не сходила бы с передовиц газет.

Я просто не могу смириться со всеобщим безразличием к происходящему, так как очевидно, что большинству из нас на это совсем не наплевать. Нам это известно по всем тем написанным от руки многословным письмам в редакции газет, выражающим возмущение по поводу полученного педофилом условного срока, отказом полиции проводить расследование по серьезным обвинениям в сексуальном насилии либо же, что еще хуже, по поводу угодившего за решетку невиновного. Мы можем судить по поп-культуре – по различным сериалам про судебные ошибки, по «Создавая убийцу», по независимым организациям, защищающим несправедливо осужденных, – что идеалы правосудия, а в частности, уголовного правосудия, пожалуй, как ничто другое способны нас всех объединить. Вместе с тем что-то где-то явно пошло не так, как надо.

Думаю, корни проблемы можно отыскать в несостоятельности государства, а также нашей неспособности, как работающих в этой системе профессионалов, должным образом объяснить широкой общественности, как все устроено, почему все устроено именно так, а также почему это хорошо или плохо, что именно привело к катастрофическому диссонансу в восприятии происходящего общественностью. Обыватели – каждый из которых в любой момент может быть вызван в качестве присяжного – видят лишь мизерную часть всей системы. Гораздо больше происходит за кулисами, в обстановке удобной анонимности, о многом в зале суда умалчивается, и люди, которым мы служим, об этом даже не догадываются.

Вот почему я решил написать данную книгу. Мне хочется пролить свет на то, что происходит на самом деле. Провести вас в помещения, в которые вы никогда бы в жизни не попали. А в первую очередь объяснить, почему нам следует проявлять к происходящему интерес, а также показать, что случается, когда мы этого не делаем.

Безусловно, я не из тех барристеров, которым обычно поступает предложение написать книгу. Я не могу похвастаться обилием громких дел в своей трудовой биографии. И не претендую на какие-то особые экспертные знания или опыт в своей области. Я не профессор. Я не правовед, философ, историк или ученый. Я настолько же чужд привилегированным высшим эшелонам правовой системы, насколько они чужды мне. Вместе с тем большую часть последних десяти лет я провел, защищая, обвиняя и консультируя своих сограждан. Мне хотелось бы написать эту книгу, пока вся эта извращенная игра мне все еще более-менее в новинку, прежде чем мое шаткое равновесие между идеализмом и цинизмом окончательно не пошатнется. Я пишу ее анонимно, так как это дает мне свободу быть абсолютно искренним, рассказывать о своем собственном опыте, а также об опыте своих коллег

, делиться с вами историями из своей практики о правосудии и несправедливости, с которыми людям приходится день изо дня сталкиваться в судах по всей стране.

Структура книги приблизительно повторяет жизненный цикл уголовного дела: начиная с первого появления перед мировым судьей, продолжая разбирательствами в суде присяжных и заканчивая вынесением приговора и подачей апелляции. На каждом этапе в ней подробно объясняются механизмы работы правосудия, а также, что более важно, слишком уж часто случающиеся сбои в них.