Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Также следует отметить, что приведенные в обоих отчетах значения расходов на юридическую помощь, на которые министерство юстиции активно ссылалось вплоть до 2014 года, включали только данные по состоянию до 2007 и 2008 годов соответственно. В 2007 году были введены значительные изменения в размер гонораров за субсидируемую государством юридическую помощь барристерам, последствия которых данная статистика никак не учитывала, а к 2010 году количество возбуждаемых уголовных дел пошло на спад. Так, к моменту, когда государство сообщило в 2013 году о планируемых дальнейших сокращениях расходов (таких, как урезание ставки солиситоров, о которой мы говорили с вами ранее) с целью удержать «вышедший из-под контроля» бюджет на юридическую помощь, расходы уже упали где-то на двести миллионов фунтов – с 1,17 миллиарда в 2010–2011-м до 975 миллионов в 2012–2013-м – и в соответствии с прогнозами министерства юстиции должны были падать и дальше, даже если остановить сокращения. К марту 2017 года расходы за предшествующий год упали до 858 миллионов фунтов стерлингов (5). Кроме того, следует иметь в виду, что, в соответствии с требованиями министерства финансов, за все юридические услуги начисляется НДС, который нужно платить. Таким образом, почти одна шестая всей заявляемой в заголовках суммы представляла собой НДС, который одна ветвь власти (министерство юстиции) платила другой (министерству финансов) через солиситоров и барристеров. Конечно же, министерство юстиции это прекрасно понимает, однако все равно предпочитает включать НДС в заявляемые суммы, чтобы их неодобрительные возгласы о том, как много ВАШИХ денег прикарманивают себе эти гнусные ПРЕСТУПНИКИ, звучали еще более убедительно. Таким образом, все эти лозунги о «самой дорогой системе юридической помощи населению» являются самым очевидным и осязаемым враньем. Это тщательно подготовленная и раскрученная ложь. Но давайте чисто гипотетически представим, что они были правы. Оправдывало ли это само по себе позицию минюста? Достаточно ли того «факта», что тратим на юридическую помощь населению больше всего, чтобы начать сокращать расходы? Если бы это было правдой, разве мы не должны были бы этому радоваться? В своем резком ответе на предложенное государством в 2014 году дальнейшее урезание гонораров, Совет адвокатов сделал следующее заявление:

«В соответствии с опубликованной Всемирным банком в 2011 году статистикой, Великобритания тратит 9,3 % от своего ВНП на здравоохранение, в то время как в Румынии тратится всего 5,8 %. Государство не использует данную статистику в качестве аргумента в пользу того, чтобы Англия и Уэльс снизили свои расходы на здравоохранение с целью сравняться по этому показателю с Румынией. Оно, скорее, гордится тем, какую распрекрасную систему здравоохранения предлагает своим гражданам, – точно так же оно должно гордиться и свободным доступом своих граждан к правосудию» (6).

Данное рассуждение обличает всю бесплодность подобных сравнений. Очевидно, что если бы мы тратили больше всех развитых стран на земле на статистически значимую величину, то это могло бы свидетельствовать о неэффективности нашей модели уголовного правосудия, однако данная предпосылка, как уже говорилось, в корне неверна, и что же мы получаем? 0,33 % от ВНП на душу населения – это слишком мало или слишком много? Следует ли нам стремиться уравняться с Албанией, снизив этот показатель до 0,2 %? Или же пуститься в погоню за Словенией с ее 0,4 %? Эти абстрактные проценты ровным счетом ничего не говорят об эффективности системы, а еще меньше – о ее качестве.

Секрет успеха государственной стратегии запудривания мозгов общественности заключается в том, чтобы, сфокусировавшись на голых, лишенных какого-либо контекста цифрах, благополучно умолчать о том, что юридическая помощь по уголовным делам на самом деле значит для реальных людей. Заезженным таблоидами примером юридической помощи являются вопли о растлителе малолетних, «прикарманившем» себе шестизначную сумму в виде субсидированной государством юридической помощи – без учета того факта, что эта сумма, включающая в себя НДС и другие вычеты, ни одной копейки из которой не досталось обвиняемому лично, могла пойти на оплату годового труда дюжины людей, – однако при этом никто не удосуживается упомянуть про отдельные куда более скромные суммы, спасшие невиновных людей от непоправимой несправедливости.