Впервые оно было выдвинуто в 2011 году после опубликованного министерством юстиции отчета под заголовком «Международное сопоставление финансируемых государством юридических услуг и систем правосудия» (3). Это был масштабный сравнительный отчет, подготовленный в 2009 году на основе полученных в период между 2001 и 2007 годами данных, авторы которого рассматривали стоимость системы правосудия, уделяя особое внимание организации бесплатной юридической помощи нуждающимся, в восьми странах: Англии и Уэльсе, Франции, Нидерландах, Германии, Швеции, Австралии, Новой Зеландии и Канаде. Если с устным счетом у вас все в порядке, то вы могли заметить, что «восемь» как минимум немного недотягивает до «всех стран в мире». Как бы то ни было, проведенное сравнение действительно показало, что на душу населения в Англии и Уэльсе на бесплатную юридическую помощь действительно тратится значительно больше (33,50 фунта стерлингов на человека), чем во всех остальных странах.
Очарованное полученным результатом министерство юстиции не стало афишировать крайне запутанное, однако чрезвычайно важное его объяснение: системы правосудия в восьми рассматриваемых странах настолько сильно разнятся, что было практически невозможно сравнить их между собой корректно. Выбранные страны представляли собой некое смешение систем общего и гражданского права. В одних, таких как Франция и Голландия, господствует следственная модель судопроизводства, и состязательный судебный процесс является редкостью. В других, таких как Швеция и Австралия, принята устоявшаяся модель «общественного защитника», в рамках которой защитой в суде занимаются государственные адвокаты, и масштаб государственных субсидий на оказание юридической помощи частными компаниями крайне ограничен. В системе же состязательного общего права Англии и Уэльса значительная часть расходов на судебный процесс связана с противоборствующими сторонами – защитой и обвинением, – в то время как издержки судов оказываются куда меньше. В других странах те расходы, которые приходятся у нас на бесплатную юридическую помощь населению, попросту закладываются в бюджеты других ведомств. Таким образом, сравнивать субсидируемую государством юридическую помощь в Великобритании с таковой во Франции было не просто ошибочно, но и совершенно бессмысленно, – хотя наш бюджет на оказание такой помощи и относительно высокий, бюджет наших судов настолько же относительно маленький. В данном отчете – ну или по крайней мере в сделанных по его результатам министерством юстиции выводам – не сравнивалось подобное с подобным.
Для истинного сравнения, если в сравнении действительно есть какая-то польза (а как мы с вами позже увидим, скорее всего, никакой пользы в этом нет), таким образом, следует рассмотреть суммарный бюджет на уголовное правосудие в сравниваемых странах. Что и сделали, к счастью или нет, в последующем, воспринятом министерством юстиции с куда меньшим энтузиазмом, отчете счетной палаты Великобритании под заголовком «Международное сопоставление систем уголовного правосудия» (4) в 2012 году, в котором рассматривались суммарные расходы на систему уголовного правосудия во всех странах Европы. Данный отчет постановил, что из годового государственного бюджета на все суды, прокуратуру и юридическую помощь тратилось в среднем 0,33 % от ВНП на душу населения. Каково же было значение данного показателя для Англии и Уэльса? 0,33 %. Среднее значение. Больше, чем в Литве, но меньше, чем в Монако.
Как бы то ни было, цифры сами по себе рассказывают лишь крупицу всей истории. Так, стоимость уголовного преследования на душу населения, например, зависит от того, сколько уголовных дел на душу населения заводит государство. И если вы предположите, что этот показатель будет приблизительно одинаковым для всех развитых стран, то совершите серьезную ошибку. Помимо прочих статистических данных, о которых министерство юстиции предпочло умолчать, в том самом первом отчете 2009 года говорилось о том, что в Англии и Уэльсе на душу населения открывается в два раза больше уголовных дел, чем во всех остальных странах.