Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Что касается меня, то я настроен немного менее воинственно (ну или менее принципиально). Признавая всю первостепенную важность бремени доказывания, я вместе с тем не вижу никаких проблем в том, чтобы уголовные дела разрешались, основываясь на убедительности имеющихся доказательств, а не на сообразительности и изворотливости адвокатов. Если у обвинения недостаточно доказательств либо же если, несмотря на многочисленные предоставленные возможности, прокуратура так и не смогла залатать дыры в своей доказательной базе, то подсудимый совершенно очевидно должен иметь право воспользоваться несостоятельностью государства. Когда же любитель всегда выходить победителем устраивает засаду, чтобы исподтишка подловить защиту на какой-то формальности, то я никак не могу признать, что это неотъемлемая составляющая состязательного процесса. Мне кажется, что прежний подход к правосудию был слишком зациклен на том, чтобы не допустить осуждения невиновного. Поэтому я должен заметить, пускай и под страдальческие стенания пуристов, что, пускай данный принцип и является самым важным, он не единственный. В соответствии с уголовно-процессуальным кодексом, а также фундаментальными принципами, осуждение виновного, очевидно, является вторым по значимости пунктом. И хотя я никогда не буду приверженцем системы, ставящей этот принцип выше необходимости оправдания невиновного (а именно с этого и начинается тирания), требовать, чтобы «игра» – пускай один из участников и вступает в нее не по собственной воле – проводилась по единым для всех правилам, кажется мне более чем справедливым. Правила, которые позволяют суду и состязающимся сторонам разбираться с реальными проблемами, а также гарантируют честную игру обеих сторон, кажутся мне вполне оправданным средством для достижения этой цели. А раз, как это утверждает кодекс поведения адвокатов, моя обязанность состоит в том, чтобы помогать суду в осуществлении правосудия, то выявление проблем, связанных с делом, не кажется мне чем-то из ряда вон выходящим. Загвоздка в том, во что данный принцип превратился в зале суда. Потому что на практике от защиты требуют гораздо больше, чем просто обозначить спорные вопросы. Многие солиситоры скажут, что от них ждут, чтобы те выполняли работу прокуратуры. «Содействие суду в выполнении основополагающих целей и правил» подразумевает, что когда суд постановит прокуратуре предоставить ключевые доказательства или подать ходатайство (скажем, ходатайство принять во внимание предыдущие судимости обвиняемого) к какой-то конкретной дате, а прокуратура этого не сделает, то защита обязана всячески напоминать прокуратуре предъявить инкриминирующие доказательства против своего подзащитного. Получается, что неповоротливость прокуратуры перестает быть исключительно ее виной, и солиситор защиты, в соответствии с правилами, должен упорно досаждать обвинению, своевременно сообщая суду о том, что она не справилась со своей задачей. Необходимость постоянно доставать прокуратуру извечно была самой неблагодарной частью работы солиситора защиты. Как мы уже с вами видели, с разглашением находящихся в ведении прокуратуры материалов, которые могут значительно помочь защите или и вовсе подорвать аргументацию обвинения и которые суд по закону обязан предоставить защите, постоянно возникают какие-то проблемы как в магистратском суде, так и в Королевском суде присяжных. А распространенной практикой являются десятки отправленных по факсу запросов, электронных писем и оставленных на голосовой почте прокуратуры сообщений, на которые никто так и не удосуживается ответить. Но все эти действия, каким бы неприемлемым ни было подобное отношение со стороны прокуратуры, хотя бы можно назвать предсказуемой работой, входящей в компетенцию представителей защиты. Когда те же самые усилия нужно прилагать, чтобы заполучить материалы, не просто не способные помочь вашему подзащитному, а еще подкрепляющие предъявляемые обвинения, то у подобной обязанности, возложенной на плечи солиситоров, помимо ее явного противоречия интересам защиты, довольно далеко идущие последствия. Проще говоря, чем больше времени фирма тратит на то, чтобы вытрясти из прокуратуры нужные бумажки, тем меньше у нее остается времени на подготовку защиты своего клиента. А с уменьшением бюджета прокуратуры и, как следствие, увеличением ее неэффективности количество дополнительного неоплачиваемого времени, которое защита вынуждена тратить на напоминания прокуратуре, неумолимо растет.

Чем больше времени фирма тратит на то, чтобы вытрясти из прокуратуры нужные бумажки, тем меньше у нее остается времени на подготовку защиты своего клиента.