Луна. История будущего

— Джордж, ты ведь собираешь марки?

— Да.

— Сколько будет стоить почтовое отправление с маркой, погашенной на Луне?

— Что? Это ведь невыполнимо.

— Думаю, мы могли бы без особого труда объявить свой лунный корабль официальным филиалом почтового отделения.

Экипаж «Аполлона-15» опробовал это, спустив на лунную поверхность несколько памятных конвертов с марками, которые каким-то образом не попали в официальный грузовой манифест NASA, и затем передав их немецким коллекционерам. Награда была невелика. И ни один из троих членов экипажа больше не летал в космос с NASA.

Однако в итоге важны были не аргументы и не стимулы, которые Харриман предлагал своим друзьям, а цель заключалась не в том, чтобы получить очки за путешествие на Луну. И Харриман, и Хайнлайн знали с первых строк истории, что

— Ты должен верить!

Ты. Не каждый. Ты. Идея об экспансии за пределы Земли, в будущий восход,

На востоке, на фоне полной Луны, чернела высокая и стройная пирамида корабля.

на удивление личная по своей сути. Сторонники этой идеи полагают, что она имеет общемировое значение: думаю, они искренне верят в свои слова о судьбе человечества и прочих вещах. Но они также верят, что проводниками этого всеобщего блага могут стать и станут они сами — и им подобные. В статье «Космический корабль бросает вызов», которую Артур Кларк представил своим коллегам по Британскому межпланетному обществу в 1946 году, об исследователях, музыкантах и математиках говорится как о людях, делающих свою работу не по какой-то конструктивной или неконструктивной причине, а просто потому, что не делать ее они не могут:

[И] следовательно, если быть честными, дело в нас. Любые «причины», которые мы можем назвать, говоря о своем желании отправиться в космос, придумываются задним числом и становятся оправданиями, потому что мы чувствуем, что обязаны их называть. Они истинны, но избыточны — если не считать той практической ценности, которую они приобретают, когда мы пытаемся заручиться поддержкой всех тех, кто не разделяет наш живой интерес к астронавтике, но понимает, какие выгоды она может принести и какие последствия это будет иметь для тех дел, которые имеют огромную важность для них.

Сироты «Аполлона» смешивали исключительный энтузиазм Кларка и маниакальное желание Харримана верить с отчаянием из-за того, что их не мучили фантазиями о будущем, а лишили реальности настоящего. Они считали, что мир хотел получить Луну и все то, что она символизировала. На самом деле, как предвидел Кларк, влиятельные люди хотели этого лишь ради выгоды для других дел, которые были им ближе.

* * *

Теперь, спустя почти 50 лет тоски, ожиданию сирот, которые ни на миг не отказывались от своей мечты, почти пришел конец. Лет через пять на Луну отправится целая флотилия роботизированных кораблей с полезным грузом — часть от признанных космических держав, включая Китай, Индию и Америку, а часть от таких новичков, как Израиль и Канада. Одни корабли будут оплачены коммерческими предприятиями, другие — филантропами, а не государствами, третьи — средствами из всех перечисленных источников. Одни доберутся до Луны самостоятельно, другие оплатят проезд в автобусе другой компании или страны. Кому-то повезет с бесплатным билетом на рейс.

Отчасти это объясняется тем, что технология роботизированных космических полетов стала совершеннее и дешевле, а состояния отдельных лиц, заинтересованных в таких технологиях, выросли. Отчасти — тем, что в 1990-е годы возникли новые вопросы, в частности о природе летучих веществ на лунных полюсах, и люди хотят получить на них ответ в научных и практических целях. Отчасти — тем, что кажется все более вероятным, что люди в относительно недалеком будущем вернутся на Луну, причем не просто чтобы посетить ее, а чтобы остаться надолго: ведутся разговоры о лунных базах и даже «лунных деревнях». Роботы станут разведчиками: некоторые в буквальном смысле, но все до единого — в переносном.