Майя Плисецкая. Воспоминания. Фотографии. Интервью

Плисецкая всегда придумывала новое, импровизировала, творила. К импровизации она склонялась с детства. Невозможно было предсказать, какой она предстанет на следующий день. Каждая новая ее работа отличалась от предыдущей, так же как не было двух одинаковых спектаклей, скажем, «Лебединого озера» или «Дон Кихота». В школе Майю считали лирической танцовщицей и прочили ей Марию в «Бахчисарайском фонтане», а она станцевала вовсе не Марию, а Зарему. И вакхическую Фею Осени в «Золушке». И Вакханку в «Вальпургиевой ночи». И пряную Персидку в «Хованщине». «Каково мое амплуа, я так и не знаю», – говорила балерина. А у нее и не было амплуа, предполагающего набор устойчивых характеристик. Можно ли было ее Дар заковать в рамки амплуа? «С этой безмерностью – в мире мер?» Невозможно. Она была Плисецкой – и этим все сказано.

Телевизионный фильм «Фантазия».

Мария Николаевна Полозова. 1976 год.

Архив Екатерины Беловой

«Невероятно красивая, с высокой прической, открывавшей точеное лицо и устремленную ввысь шею…»

На репетиции балета «Анна Каренина» с исполнителем роли Сережи – Славой Голубиным. 1979 год.

Архив Екатерины Беловой

Всеобщее поклонение, фантастический успех, бешеные овации и другие внешние атрибуты славы не изменили Плисецкую.

Майя Плисецкая ловит рыбу на берегу Москвы-реки. 1956 год.

Фото Евгения Умнова. РИА Новости

Балерина, воспитанная на русской классике, блестяще танцевала модерн. После площадных откровений Кармен появились утонченные, камерные образы Анны Карениной, Нины Заречной, Анны Сергеевны, Марии Николаевны Полозовой в телефильме-балете «Фантазия» по мотивам повести Тургенева «Вешние воды» (режиссер Анатолий Эфрос, балетмейстер Валентин Елизарьев). В этом фильме Майя Плисецкая играла с гениальным Иннокентием Смоктуновским (Санина в балете воплощал Анатолий Бердышев). Трагическая поступь Мелодии в «Болеро» соседствовали в искусстве Плисецкой с интимными красками «Айседоры», тяготение к эпическому стилю – с увлечением психологическим театром. Балерина как-то признавалась, что часто не помнила того, что делала прежде. Она бесстрашно сжигала за собой мосты и, подобно Птице Феникс, пела только в огне. Плисецкая была полна языческой телесной красоты земного бытия и одновременно духовной утонченности.

При всех видимых неожиданностях и внезапных поворотах ее путь был логичным и последовательным. Плисецкая никогда не поступалась своим решительным, дерзким и упорным, гордым и требовательным характером. Она всегда была верна самой себе – а это мало кому удается.

Всеобщее поклонение – вспомним, как после спектакля «Каменный цветок» в Америке, где Плисецкая танцевала Хозяйку Медной горы, какие-то уж совсем обезумевшие поклонницы умудрились в один миг отрезать прядь роскошных рыжих волос Майи, – фантастический успех, бешеные овации и другие внешние атрибуты славы не изменили Плисецкую. Чем дольше длятся аплодисменты – тем дольше передышка, возможность дать хоть чуточку целительного покоя телу.

«Всю жизнь я прошу только одного – работы», – этой короткой фразой балерина очень многое сказала о себе.

На репетиции балета «Анна Каренина».

Майя Плисецкая и Марис Лиепа. 1972 год.

Фото Якова Халипа. Архив Екатерины Беловой

На репетиции в Большом театре. 1980-е годы.

Фото Владимира Пчёлкина. Архив Екатерины Беловой

Плисецкая была полна телесной красоты земного бытия и одновременно духовной утонченности.