Махабхарата. Ревизия смыслов.

Разъяренные воины Рамы вырезали всех защитников города. Равана погиб. Только те из его сторонников и родственников выживут, кто по каким-либо причинам находился в это время вне города. Среди них оказался и Лавана, о котором мы еще будем говорить позже.

После захвата Ланки Рама выполнил все свои обязательства по ранее заключенным договоренностям: управление Ланкой перешло в руки Вибхишаны, оказавшего неоценимые услуги при взятии города. Рама передал Кубере колесницу Пушпаку, которая, видимо, даже более дорога Кубере, чем сама Ланка.

Но, получив Ситу, Рама совершенно неожиданно для всех отказывается от нее! Казалось, причина войны — именно похищение Ситы, а ее возвращение — цель Рамы... И вот, победитель Раваны отказывается от нее. Это решение столь необычно и удивительно, что мы рассмотрим его в отдельном эпизоде.

Эпизод 7. Смерть Рамы.

О последних днях Рамы Дашаратхи, бесстрашного воина и верного мужа, «Повесть о Раме» почти ничего не говорит. После взятия Ланки Рама возвращается домой, благополучно живет в родном городе и, как благочестивый государь, совершает жертвоприношения.

В поэме Вальмики после того, как Сита доказала свою верность и Земля забрала к себе свою дочь, Рама предался печали. К сыну Дашаратхи явился сам бог Брахма и сказал, что на небесах он снова обретет свою любимую и преданную Ситу. Прошли многие годы, Рама отрекся от царства, а сам умер в лесу на берегу Сарайю. На небесах он встретился с Ситой.

Значительно более обстоятельно и подробно описана смерть Рамы в поэме Калидасы «Род Рагху». Мы предлагаем читателям познакомиться с последними днями Рамы, перечитав ее вместе с нами. Вот что можно узнать об этом из текста поэмы Калидасы.

1. Миф как он есть.

После победы над Раваной Рама вернулся в Айодхью. Любимая Сита умерла. Всю свою любовь сын Дашаратхи перенес на сыновей: Кушу и Лаву. И вот пришла к Раме смерть в обличье отшельника и поставила условие, чтобы во время их беседы никто не смел войти и помешать им. Рама согласился и тогда отшельник сказал, что Рама должен вернуться на небеса. Лакшмана стоял на страже у дверей, когда пришел мудрец Дурвасас и распорядился, чтобы его пропустили к Раме. Лакшмана испугался проклятия отшельника и пропустил его к брату. Чтобы исполнить требование Смерти, младший брат Рамы ушел на берег реки и там умер. После его смерти Рама ощутил, что отныне на земле он стоит нетвердо. Сын Дашаратхи распределил свои владения между сыновьями. Вот как об этом говорит Калидаса.

Род Рагху. Песнь 15. Шлоки 92 — 93, 94 — 96.

«И пришла к Рагхаве Смерть в обличье отшельника и сказала:

«Сделай так, чтобы под страхом лишения жизни никто не смел услышать нашу беседу наедине». — «Да будет так» — согласился царь, и тогда отшельник открыл ему свое имя и поведал, что по воле Высшего Духа Рама должен теперь вернуться на небеса.

В это время явился во дворец мудрец Дурвасас и потребовал у Лакшманы, стоявшего на страже у входа, чтобы его немедленно допустили к Раме, и тот из страха, что подвижник проклянет его, прервал беседу царя с гостем, хотя знал о поставленном условии. Искушенный в йоге, он удалился затем на берег Сарайю, где покинул бренное тело, дабы не нарушено было обещание, данное Смерти старшим братом. И когда ушла на небо четвертая доля божества, Рама, как Закон, оставшийся на трех ногах, ощутил, что уже нетвердо стоит на земле».

Дашаратха распределил между своими сыновьями владения, а сам, сопровождаемый младшими братьями, отправился на север, держа перед собой жаровню. Жители Айодхьи сопровождали его. Обезьяны и ракшасы следовали за ним по дороге. Раме была послана небесная колесница. Он сделал реку Сарайю лестницей на небо для своих поклонников. Соратники Рамы и горожане стали небожителями, богами для них было сотворено отдельное небо.

Так Рама возвел на троны на юге и севере Владыку Ланки и Сына Ветра, как два столпа в горах.

2. Где в мифе история.

Можно согласиться с Брахмой: после отречения от Ситы и последовавшей за этим ее гибелью Рама обрел и небеса, и Ситу.

Калидаса писал «Род Рагху» с одной из версий народных Рамаян, бытовавших в то время, когда он жил. Многие из них сохранили существенные отличия от ортодоксальной версии Вальмики. Как всякий большой художник, он не верил в хэппи-энд. Не может быть счастья в жизни для тех, кто не ценит другие жизни. И в этом есть конечная справедливость самой жизни.