Малыш: мамино счастье

За три года ничего, по-моему, в роддоме не изменилось. Но зато изменилась я! Испуганная лань трехгодичной давности превратилась в уверенную «прожженную» львицу, которую ничего не удивляло, не беспокоило и не тревожило. Я прекрасно знала, что меня ждет. Кормления не вызвали паники и боли. Наученная горьким опытом, я поначалу клала рядом с собой часы, засекала время и держала ребенка у груди сначала 3 минуты, потом 5, потом 7. А в «пакетик на роды» предусмотрительно была положена мазь Бепантен…

Над Гришей я уже не тряслась так, как тряслась над Дашей. Я не сидела часами у его лоточка и не трепетала от одной только мысли, что малыша надо переодеть. Я не нервничала, не плакала, не билась в истерике. Я была спокойна. И Гриша тоже был спокоен! За пять дней пребывания в роддоме я ни разу не слышала, чтобы он плакал. Он вообще не проявлял никаких отрицательных эмоций. Вот и не верь после этого в общепринятое мнение, что ребенку передается состояние матери.

В это свое пребывание в роддоме я убедилась, как неукоснительно нужно выполнять все прописанные врачом мероприятия – и на физиотерапию ходить, и уколы окситоцина для лучшего сокращения матки не пропускать. А я пропускала (думала, что и без них у меня все замечательно сократится). И каким оказался результат моего легкомысленного и безответственного поведения? Очень плачевным. Контрольное УЗИ показало, что в матке – сгустки крови. А быть их там, конечно же, не должно. Врач сообщила, что предстоит вакуум-аспирация.

Сказать, что я испугалась, значит не сказать ничего. Меня просто сковал ужас. Перед вакуумом меня решили осмотреть на гинекологическом кресле. Сняли швы, и тут выяснилось, что промежность не зажила! Все держалось там просто «на честном слове». Врач была поставлена перед нелегким выбором: прибегнуть к крайней мере (вакуум) или попытаться вытащить сгустки руками? В моей ситуации нужен был просто ювелирный подход. Одно неосторожное движение, и промежность вновь разъехалась бы на две половинки…

В общем, сгустки мне вытаскивали вручную. Как я это пережила – до сих пор удивляюсь. Потом, уже в палате, мне поставили капельницу.

– Ой, Ира, – качала головой, глядя на мою промежность, врач, – ты только на попу не садись! Сядешь – все, придется заново швы накладывать. Вот тебе левомеколь [59] . На чистую марлечку выдавливай и к промежности прикладывай. Должно зажить.

Случившееся потрясло меня до глубины души. Я всегда считала, что ничего подобного со мной произойти не может. Что у меня могучий молодой организм, самосокращающаяся матка, мгновенно регенерирующиеся ткани промежности… И вообще, что у меня всегда все будет хорошо. Жизнь преподала мне урок. Надеюсь, я его выучила.

…Наша с Гришей выписка прошла очень радостно. Никогда не забуду любопытных Дашиных глазок, рассматривающих личико братика. Ей было очень интересно. Гришка оказался стойким товарищем и не издал ни единого писка ни в «выписной» (терпеливо ожидая, пока мы все с ним сфотографируемся), ни в машине, ни дома. Именно тогда я вновь поймала себя на мысли, что во второй раз все проходит и переживается иначе. Легче, спокойнее, оптимистичнее. Беременность, роды, роддом, возвращение домой – все другое. Другие обстоятельства и иное отношение к ним. Совершенно новое восприятие действительности и более уверенный взгляд в будущее.

Я стала дважды мамой. Двойная ответственность, двойной груз проблем, но и радость тоже двойная! Кто-то из древних философов (кажется, Лао Цзы) сказал: «Дети даны нам, чтобы прожить другую жизнь». Наверное, более яркую и насыщенную. И я очень хочу прожить именно эту – «другую» – жизнь!

О материнском капитале

Что это?

• Материнский капитал – это разрекламированные 250 тысяч рублей (сейчас уже более 387 тысяч рублей), которые полагаются семье, в которой появляется (рождается или усыновляется) второй (третий) ребенок. Каждый год сумма маткапитала индексируется с учетом инфляции.

• Маткапитал выдается ОДИН раз в жизни (скольких бы детей вы ни рожали; в случае рождения двойни-тройни, деньги полагаются только на одного из малышей).