Мамина нелюбовь. Как исцелить скрытые раны от несчастливого детства

Некоторые полагают, что мы никогда не вырастем из своих внутренних детей, и задача состоит в том, чтобы они были счастливы и здоровы. Другие убеждены, что процесс работы с состояниями внутреннего ребенка напрямую ведет к объединению этих частей в целостного взрослого. На самом деле я не отдаю предпочтение ни одному из них: и то и другое приятно. Здорово иметь внутри себя милого и задиристого ребенка, и здорово воплотить их положительные качества во взрослого себя.

Точно так же, как и дети растут, когда их потребности удовлетворяются, так и удовлетворение ранее неудовлетворенных потребностей внутреннего ребенка позволяет ему взрослеть. Части нашего «я», вращающиеся вокруг таких потребностей, затем могут постепенно исчезнуть. Другие детские состояния приходят, принося важные дары, качества, часто отрезанные и потерянные в нашем собственном детстве, а сейчас они могут быть возвращены. Некоторые из этих качеств естественного ребенка описаны ниже.

Ребенок как мать для «я»

Понимая, что ребенок – это отец человека, можно сказать, что ребенок – это мать настоящего «я». Как обычно считается, ребенок – сущность этого настоящего «я». Так Карл Юнг описал архетип ребенка, который он рассматривал как символ целостности.

Этот архетип также называют естественным ребенком или божественным ребенком. Некоторые качества этого ребенка включают в себя:

• честность и подлинность;

• нежность и щедрость, любящее сердце;

• невинность и «мышление новичка»;

• открытость и доверие;

• воображение и интуитивное знание;

• любопытство;

• изумление, благоговение и настрой на игру;

• спонтанность и неокультуренные, естественные модели поведения, которыми мы восхищаемся в маленьких детях;

• жизненную силу и живость.

Большинство тех, кто выступает за работу с внутренним ребенком, делают это в надежде не только исцелить раненого ребенка, но также и возвратить эти его чудесные качества.

«Работа с внутренними частями»

Мы определили многие состояния внутреннего ребенка, среди которых наиболее часто встречаются естественный ребенок (смотри выше), ранимый ребенок, пострадавший ребенок, беспризорный или брошенный ребенок, сердитый ребенок. У нас также есть различные «взрослые» части; например, одни заботящиеся, а другие критикующие.

Осознавая существование всех этих различных аспектов, естественно будет говорить о «работе с частями». Именно таким образом большинство людей думает об этом самостоятельно, и этот язык начинают также применять и психотерапевты.

Часто для того, чтобы начать исследование этих внутренних частей, требуется всего лишь разрешение в таких категориях подумать и готовность оставить в стороне скептицизм и страх и начать присматриваться. Обращая внимание на свои чувства, модели поведения, внутренние комментарии и язык тела, вы можете начать настраиваться на различные части себя, формирующие ваш опыт. У этих частей собственные потребности, мотивация, убеждения, воспоминания и особый колорит.

У некоторых людей вызывают чувство обеспокоенности мысли о таких узнаваемых и на первый взгляд независимых частях, действующих внутри них, как отдельные личности. Им сразу приходит на ум то, что раньше называли раздвоением личности (а сейчас называется диссоциативным расстройством идентичности, или ДРИ), и это их пугает. Разница состоит в том, что составные части человека с ДРИ практически полностью отделены от сознания и им нелегко устанавливать связь друг с другом и сосуществовать. Человек, страдающий ДРИ, «теряет время» и бывает потрясен, когда обнаруживает свидетельства своего поведения, о которых ему ничего неизвестно. Переключение от одной части к другой происходит непроизвольно, а части обычно порождены травмой. По мере того как люди с ДРИ работают с этими частями, части могут стать более осведомленными друг о друге и начать работать совместно, и это задача большинства методов психотерапии по работе с внутренними частями.

Некоторые новейшие методы лечения подчеркивают, что во всех нас эти альтернативные «я» – «как реальные люди» со свои собственным стилем и энергетическим портретом. По-видимому, мы движемся в сторону большего понимания и принятия естественной множественности во всех системах, включая человеческую личность. Если вы не находите незнакомую одежду в своем шкафу и к вам не приходят и не называют вас другим именем, значит, ваша множественность не вмешивается в вашу жизнь.

У кого из вас нет надутого ребенка? Раздраженного критика? Иметь эти части нормально, но предпочтительно их узнавать, «ловить с поличным» и выбирать, когда мы хотим действовать в одном из них.