Маньчжурия 1945: Война.Золото.Любовь

Через эти же пару месяцев пришли два письма из Порт Артура. Первое от Любы, в котором она объясняла, почему не ответила сразу на единственное письмо Ивана, написанное им в период тоски по прошлой жизни, и молила простить ее и забыть. Второе от Скворцова. Полковник набрался мужества, чтоб повиниться пусть и перед младшим по званию, но дорогим ему человеком. Иван прочитал оба письма, сжег их, напился, а утром встал, как ни в чем не бывало, бодр и свеж. Только виски посеребрила ранняя седина.

Так закончилась первая Ванюшина любовь.

А жизнь продолжалась.

Старший брат, служивший рядом во Владивостоке, частенько наведывался и с радостью подмечал, что Иван оживает, что становиться от душевных испытаний только крепче.

Весной Давыд посодействовал в предоставлении отпуска капитану Баринову.

Иван поехал к родным, где оттаял душой окончательно. На обратном пути старший брат попросил заехать в Ворошилов, что в ста километрах от Струговки. Просил передать смоленские гостинцы своему другу военкому. Ох не с проста это сделал Давыд, ох не с проста.

Глава XXIV.

Накануне 9 мая капитан Баринов приземлился на военном аэродроме города Ворошилова, бывшего Никольска Уссурийского. Следует отметить, что город в целом был весьма военизирован. Непосредственно в нем и его окрестностях расположилось довольно много военных частей (артиллеристы, летчики, части специального назначения и т.д.). В районе старого города расположился штаб армии. Так что забот другу Давыда, военкому

Степану Демьяновичу хватало с головой. Но он принял Баринова в своем кабинете сразу же, как только доложили о его прибытии. Степан Демьянович долго тряс руку Ивану, пристально его разглядывая. Пригласил прийти вечером в гости, чему капитан обрадовался, не хотелось ему куковать в казенной общаге для офицеров.

Как условились, вечером, при всех регалиях, вошел молодой комбат в квартиру военкома

с букетом и гостинцами на перевес и остолбенел на пороге. Глаза в глаза на него смотрел Ангел, жующий сочное яблоко. Смотрел и улыбался задорной солнечной улыбкой. И показалось Ивану, что знал он эти лучистые глаза в предыдущей жизни. Они несли с собой душевный покой, счастье и отголоски космической любви на все времена.

И утонул, не сопротивляясь, в этих глазах Баринов, душой понимая, что отныне все будет хорошо, так как, пройдя жизненные мучения и испытания, встретил он наконец родную душу, которую подсознательно искал всю свою жизнь.

«Ниночка,» – раздался бас Военкома – из глубины квартиры, ты гостя проводи в столовую, да и сама к нам присоединяйся.

Так и вошли они в столовую, не отрывая друг от друга глаз. Молодые не заметили, как облегченно вздохнул военком.

Уж очень не хотел он отпускать свою дочь на службу, а та мечтала быть радисткой. Ниночка, как и вся молодежь в те годы, рвалась доказать свою любовь к Родине. Девушка только что закончила курсы радистов и получила назначение в штаб военно – морской базы в Порт Артуре. Домашние вздыхали, мать плакала по ночам в подушку. Какая служба, может быть, у наивной молодой барышни в штабе среди бывалых офицеров, она видела не раз своими глазами, проехав за супружескую жизнь, вслед за Степаном Демьянычем ни один гарнизон. Насмотрелась Ниночкина мама на разбитые судьбы красавиц радисток. Поэтому не слезала со своего супруга, да тот и сам понимал, какой служака из «Ниточки», так домашние в детстве прозвали Нину. В последний приезд генерала Баринова в Ворошилов с инспекцией, пожаловался военком другу на ситуацию, казалось бы, безвыходную.

Нина никого не слушала, она мечтала посвятить себя служению, начитавшись романтических книг про войну 1812, гусар и девицу Дурову. Давыд, на протяжении всего горестного рассказа Степана Демьяновича, чему-то радостно улыбался. Вот оно провидение небес, думал генерал и рассказал не менее печальный случай младшего брата.

Стратеги поняли друг друга сразу, они оба были не прочь породниться и сели за рюмочкой разрабатывать план знакомства молодых.

После той встречи Степан Демьяныч, уставший от ночных слез, поклялся жене, что «Ниточка» ни в какую армию не пойдет. Жена, зная своего супруга, сразу же поверила и успокоилась.

Три майских дня в гостях у военкома пронеслись, как один миг. Молодые не расставались, все делали вместе: читали книги, готовили обеды, гуляли по берегу речки Раковки в предвечерний час. Мама Нины на радостях, тихо сходила в церковь, поставила свечку Николаю угоднику. За ужином третьего дня военком громогласно спросил дочь, когда та уезжает на службу в Порт Артур.

«Как уезжает? В какой такой Порт Артур?» – подскочил Иван за столом. В один миг Баринов прокрутил в голове ситуацию и попросил руки Нины.

Так судьба «Ниточки» изменилась в одно мгновение. Вместо радистки штаба базы Порт Артура, из нее получилась отличная жена комбата Баринова. Свадьбу организовали быстро. Гуляли в доме военкома от души, весело и к взаимному удовольствию.

Давыд был рад, что брат женился на правильной девушке, да к тому же и счастлив.

Степан Демьяныч гордился родством с боевым генералом, который к тому же Герой Советского Союза.