Маршалы Наполеона Бонапарта

P. S. Сульта отличали огромное честолюбие и политическая беспринципность. Он служил всем режимам, сменявшимся во Франции с конца XVIII и до середины XIX в. Его тяжелый и хитрый характер настраивал против него многих соратников и офицеров армии. Даже его собственный штаб никогда не любил маршала. Самыми отвратительными чертами его характера были жадность, тщеславие и воровство. Подобно Массена, Сульт брал все, что плохо лежало. Правда, в отличие от Массена, Сульт предпочитал брать все самое ценное, благо знал в этом толк. Не зря его дом скорее напоминал музей, нежели жилище. Недаром Наполеон потом иронично сетовал: «Мне следовало… расстрелять Сульта, самого большого грабителя из них». Как военный Сульт обладал выдающимися качествами военачальника, в частности огромной работоспособностью и глубоким умом. Наряду с маршалом Даву Сульт отличался стратегическим мышлением; он великолепно изучал страну, где воевал; перед битвой он внимательно и дотошно осматривал всю местность предстоящего сражения. Однако, как считал победивший его герцог Веллингтон, Сульт имел существенный недостаток: «…он знал, как привести и расположить войска на поле битвы, но он плохо представлял себе, как использовать их в ходе сражения». Примерно такую же характеристику дает маршалу Наполеон на острове Святой Елены: «…тот, кто гораздо лучше составит армейскую диспозицию, нежели возглавит армию». Конечно, ему не хватало гениальной разносторонности, способной превращать поражение в победу. Но ведь в истории человечества ею обладали лишь единицы среди великих полководцев! Сульт полагался на силу и мощь запланированного удара, и в случае неудачи после передышки он осуществлял другой. Если удача сопутствовала ему сразу, то его удар, как правило, бывал смертелен, словно удар шаровой молнии. Спокойный и хладнокровный, Сульт не кидался сломя голову в пыл сражения, как Ней, Мюрат, Ланн и Удино, однако это не умаляет его личную храбрость. Его проницательный и зоркий взгляд позволял ему видеть то, что в пылу боя пропускали многие маршалы-храбрецы французской армии. Он брал расчетливостью и методичностью, которой порой весьма не хватало другим его братьям по оружию. Поражения и неудачи не выводили его из состояния равновесия, он продолжал действовать так, будто это были не поражения, а мелкие недоразумения. Казалось, ничто и никто не могло вывести его из равновесия. Ему были неведомы апатия и депрессия, коим часто подвержены более пылкие и неуравновешенные «коллеги по ремеслу». А стало быть, никакая победа противника не давала моральной власти над ним. Сульт не был жестоким, мстительным и коварным человеком. Но в то же время он ни с кем не искал особого сближения, со всеми был подчеркнуто вежлив и холоден. Бонапарт знал сильные и слабые стороны Сульта и ценил его весьма высоко: «Сульт способный, но слишком честолюбив». Когда до ушей Наполеона дошла весть о том, что Сульт в Португалии пытается возложить на свою голову корону, император поначалу был недоволен сумасбродными действиями маршала, но потом добавил: «Я ничего не помню, кроме Аустерлица». Бонапарт имел в виду то, как Сульт прекрасно провел знаменитую атаку на Праценские высоты, решившую исход его самого блестяще срежессированного сражения под Аустерлицем.

Неизвестный художник. Сражение под Бауценом. Литография. Около 1830 г.