Читаем Математика любви. Закономерности, доказательства и поиск идеального решения полностью

В течение нескольких десятилетий команда Готтмана наблюдала за сотнями разных пар и фиксировала массу параметров: от выражения лиц до пульса, электропроводимости кожи, артериального давления, не говоря уже о словах, которые в разных ситуациях произносили наблюдаемые.

Пары с низким риском развода набирали по шкале Готтмана гораздо больше положительных баллов, чем отрицательных, в то время как пары с неустойчивыми отношениями часто оказывались втянутыми в “порочный круг негатива”.

Даже если у вас дома не найдется переносного прибора для определения электрической проводимости кожи, вы можете использовать упрощенную версию метода, чтобы проанализировать свои собственные отношения[15].

Установите видеокамеру и примерно в течение пятнадцати минут записывайте, как вы обсуждаете какой-нибудь особенно болезненный или спорный вопрос. Когда закончите (и успокоитесь), просмотрите запись и оцените все, что сказал каждый из вас, по следующим категориям эмоциональных реакций:



Постарайтесь не препираться из-за баллов. Проанализируйте результаты и посмотрите, не заметите ли вы каких-нибудь закономерностей. Может быть, что-то, что вы сказали, запустило цепную негативную реакцию? Достаточно ли открыты вы были, чтобы понять точку зрения партнера? Я, конечно, не психолог, но мне кажется, что из объективной (то есть выраженной в числах) оценки вашего собственного поведения уже можно извлечь что-то полезное и понять, что бы вы могли сделать, чтобы дискуссия была более плодотворной.

Анализ разговоров и наблюдение за общением с использованием более сложной системы подсчета баллов (для этого таблица была расширена влево) позволили Готтману и его команде правильно предсказать развод в 90 % случаев. Но лишь после того, как к группе исследователей присоединился математик Джеймс Мюррей, ученые начали по-настоящему понимать, как формируется и развивается критически важный “порочный круг негатива”.

Хотя математические модели Мюррея используют термины “муж” и “жена”, они не основаны на каких-либо гендерных стереотипах и могут с одинаковым успехом применяться и к долгосрочным гетеросексуальным, и к долгосрочным однополым отношениям. Эти модели – пример того, с какой удивительной элегантностью математика может описывать закономерности человеческого поведения. По сути, их можно свести к следующим двум уравнениям:


Wt+1= w + rwWt + IHM(Ht)

Ht+1= h + rHHt+ IHM(Wt)


Пусть эти уравнения на первый взгляд кажутся непонятными, однако они описывают простой набор правил, позволяющих предсказать, насколько позитивно или негативно будут вести себя муж и жена в следующем раунде их разговора.

Возьмем верхнюю строчку – уравнение для жены – и посмотрим, как работают эти правила. Левая часть уравнения показывает, насколько позитивна или негативна будет следующая реплика жены. Ее реакция зависит от ее настроения в целом (w), ее настроения в обществе мужа (rwWt) и, самое главное, от того, насколько на нее влияют действия мужа (IHM). Фактор Ht в скобках в конце уравнения обозначает, что это влияние зависит от того, что муж только что сказал или сделал.

Уравнение для мужа имеет аналогичный смысл: h, rHHt, IHM – это, соответственно, настроение мужа, когда он один, его настроение в присутствии жены и влияние, которое его жена окажет на его следующую реакцию.

Стоит на минуту остановиться, чтобы заметить, что аналогичные уравнения, как было доказано учеными, успешно описывают и то, что происходит между двумя ядерными державами во время гонки вооружений. Таким образом, ссоры пары, втягивающейся в порочный круг негатива и балансирующей на грани развода, на самом деле математически эквивалентны сползанию в ядерную войну.

Но это не значит, что модель, созданную для анализа одной системы, бездумно приложили к другой. Поскольку доказано, что эти уравнения достаточно точно описывают оба сценария, аналогия означает лишь, что закономерности, обнаруженные в ходе изучения международного конфликта, могут обогатить наше понимание брака, и наоборот. Эта универсальность лишь подчеркивает мощь математики, а вовсе не умаляет ее значение.

Как и в модели конфликта ядерных держав, самое главное в уравнениях Готтмана и Мюррея – фактор влияния: в данном случае влияния, которое муж и жена имеют друг на друга.

Так как Готтман и Мюррей были первыми, кто применил математическую модель для прогнозирования супружеских конфликтов, они могли сами выбирать, как выразить этот фактор влияния, и решили, что данный график наилучшим образом соответствует всем наблюдениям за жизнью реальных супружеских пар:



Этот график иллюстрирует выбранную исследователями математическую модель, если в качестве показателя взять влияние, которое муж (Ht) имеет на жену (IHM).

Чем выше проходит пунктирная линия, тем более позитивно муж влияет на жену. Когда пунктирная линия опускается ниже нуля по оси IHM, это означает, что жена, скорее всего, негативно поведет себя на следующем этапе диалога.

Перейти на страницу:

Все книги серии TED Books

Математика любви. Закономерности, доказательства и поиск идеального решения
Математика любви. Закономерности, доказательства и поиск идеального решения

Казалось бы, что общего у любви и математики? Автор книги, профессор математики Лондонского университета Ханна Фрай, убедительно доказывает: математические формулы вполне способны рассказать нам что-то новое о любви и отношениях. Пусть наши чувства хаотичны и с трудом поддаются анализу, но ведь математика давно научилась работать с хаосом – идет ли речь о поведении элементарных частиц или демографических проблемах. Как бы причудливы и изменчивы ни были законы любви, математика в состоянии не только описать их, но и предложить ряд практических идей – от теории флирта и оптимального алгоритма поведения на вечеринке до прогнозирования числа гостей на свадьбе и даже их рассадки за столом. Математика – это язык мироздания. Так почему бы не поговорить на этом языке о любви?В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.

Ханна Фрай

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Смотри, что у тебя внутри. Как микробы, живущие в нашем теле, определяют наше здоровье и нашу личность
Смотри, что у тебя внутри. Как микробы, живущие в нашем теле, определяют наше здоровье и нашу личность

Мы живем в эпоху настоящей революции в микробиологии. Новейшие технологии позволили ученым погрузиться в мир микроскопических существ, населяющих наше тело, и сделать в этом мире поразительные открытия. Оказывается, микробы, в немыслимых количествах обитающие почти в каждом уголке нашего организма, играют куда более важную роль, чем мы думали раньше: от них зависит не только наше физическое здоровье, они определяют наше настроение, наши вкусы и саму нашу личность. Мы узнаем об этих научных прорывах из первых рук: автор книги Роб Найт – один из ведущих современных микробиологов, на наших глазах создающий науку будущего.

Роб Найт , Брендон Булер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Медицина / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Византия
Византия

Возникнув на обломках великой Римской империи, Византия на протяжении своей более чем тысячелетней истории была ареной постоянных вторжений, осад и войн. Граница Запада и Востока, символ христианского мира – Константинополь – манил захватчиков, поражая своим богатством и великолепием. Каким образом Византийская империя, которой некогда принадлежало полмира, несмотря на все потрясения, просуществовала поразительно долго и почему в конце концов исчезла почти бесследно, словно растворилась? Древнюю державу не спасли ни мощная армия, ни искусность ее политиков, ни неприступные стены Константинополя, ни вера в то, что Бог не оставит первую на земле христианскую империю, распространившую новую религию не только по своей обширной территории, но и в соседних государствах. О том, как зародилась, правила миром и погибла Византия, а также какое наследие оставила современному миру, рассказывает британский историк Джонатан Харрис.

Жан Ломбар , Илья Юрьевич Кривошеев , Мишель Каплан , Джонатан Харрис , Геннадий Борисович Марченко

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Исторические приключения / Фантастика / Попаданцы
Неандертальцы
Неандертальцы

Неандертальцы не были нашими прямыми предками, но тем не менее они наши ближайшие родственники, и у нас с ними очень много общего. Называть их тупиковой ветвью эволюции, по мнению автора этой книги, столь же неверно, как неверно применять этот эпитет по отношению, скажем, к коренному населению Тасмании и другим первобытным популяциям людей, уничтоженным в результате европейской колонизации. Скорее, неандертальцев следует считать «дублёрами» гомо сапиенс, запасным вариантом антропогенеза. Почему же история выбрала нас, а не их? Как происходил этот выбор? Что сыграло в нём решающую роль? Был ли он предопределен заранее или зависел больше от привходящих и потому во многом случайных обстоятельств?Автор рассматривает эти и многие другие вопросы, попутно суммируя и в доступной для неспециалистов форме излагая то, что известно сейчас о происхождении и эволюционной истории неандертальцев, их умственных и языковых способностях, материальной и зарождавшейся духовной культуре, о динамике их расселения и причинах вымирания. По каждой из перечисленных тем учтены наиболее интересные и важные сведения, имевшиеся в распоряжении палеоантропологии, археологии и смежных с ними наук на середину 2010 г.Книга адресована всем, кого занимает древнейшее прошлое человечества — от академиков до студентов и школьников старших классов.

Леонид Борисович Вишняцкий

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Биология / Научпоп / Образование и наука / Документальное
Происхождение человека и половой отбор
Происхождение человека и половой отбор

Многие из взглядов, здесь высказанных, имеют в высшей степени умозрительный характер  и некоторые из них, без сомнения, окажутся ошибочными; но во всяком отдельном случае я приводил основания, заставившие меня предпочесть один взгляд другому. Казалось, во всяком случае, стоящим внимания испытать, насколько принцип эволюции способен пролить свет на некоторые из сложнейших задач в естественной истории человека. Ложные факты в высшей степени вредны для прогресса науки, так как они часто долго признаются истинными; но ложные взгляды, если они поддержаны некоторыми доказательствами, приносят мало вреда, потому что   каждому доставляет спасительное удовольствие доказывать, в свою очередь, их ошибочность; а когда это сделано, то один из путей к заблуждению закрывается, и часто в то же время открывается путь к истине.   Главное заключение, здесь достигнутое, и теперь усвоенное многими  натуралистами, вполне способными к здравому суждению, состоит в том, что человек произошел от некоторой менее высокоорганизованной формы. Основания, на которых покоится это утверждение, никогда не будут потрясены: близкое сходство между человеком и низшими животными  в эмбриональном развитии, а также в бесчисленных чертах строения и   телосложения, как важных, так и самых мелких, вместе с удержанными им рудиментами и ненормальными возвратами, которым он порою  подвержен, - все это факты, не подлежащие спору.  Факты эти давно были известны, но до недавнего времени они ничего нам не говорили относительно происхождения человека. Теперь, когда  мы рассматриваем их при СВЕТЕ нашего знания о целом органическом мире, в их значении невозможно ошибиться. Великий принцип эволюции устанавливается ясно и прочно, когда  эти группы фактов рассматриваются в связи с другими, каково взаимное   сродство между членами одной и той же группы, их географическое распределение в прошлом и в настоящем и их геологическая последовательность. Невозможно поверить, чтобы все эти факты лжесвидетельствовали. Каждый, кто не довольствуется, подобно дикарю, взглядом на явления природы, как на события, не связанные между собою, не будет больше в состоянии допустить, что человек есть произведение отдельного акта сотворения.

Чарльз Роберт Дарвин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература