Мавританская Испания. Эпоха правления халифов. VI–XI века

Визири, однако, переоценили свое влияние и сильно недооценили сторонников брата Махди. Абд-ер-Рахман, которому в ту пору было двадцать два года, был выслан Хаммудитами и незадолго до выборов тайно вернулся в столицу. Он был свидетелем восстания кордовцев против берберов и еще тогда тщетно пытался собрать партию своих сторонников. Визири, которые организовали восстание, не проявили благосклонности к его претензиям и бросили его эмиссаров в тюрьму, где они все еще находились. Они пытались арестовать и самого Абд-ер-Рахмана, но, когда составляли список кандидатов, все же решили включить его имя в список, чтобы не обижать некоторых своих сограждан. Правда, у них и мысли не было, что принц станет грозным соперником. Его ставили на одну ступень с Мухаммедом ибн аль-Ираки, который вообще не пользовался популярностью. Веря, что у них твердая почва под ногами, визири 1 декабря пригласили знать, солдат и население в большую мечеть, чтобы приступить к выборам халифа. В назначенный день Сулейман прибыл первым. Его сопровождал визирь Абдуллах ибн Мохамис. Сулейман был облачен в великолепные одежды, и его лицо светилось от радости – он не сомневался, что народ выберет его. Его встретили друзья и усадили на возвышении, сооруженном специально для него. Вскоре после этого в мечеть через другую дверь вошел Абд-ер-Рахман. Его окружали солдаты и рабочие, которые, переступив порог, сразу объявили его халифом. Все собравшиеся стали кричать. Удивленные визири на некоторое время онемели. Впрочем, их в любом случае нельзя было услышать из-за стоявшего в мечети шума. Им пришлось смириться с народным выбором и признать Абд-ер-Рахмана халифом. Потрясенному Сулейману тоже. Его подвели к Абд-ер-Рахману, которому он поцеловал руку. Тот усадил его рядом. Третий кандидат, Мухаммед ибн Ираки, тоже присягнул на верность новому халифу. Затем государственный секретарь заменил в акте о введении в должность имя Сулеймана на Абд-ер-Рахмана, который принял титул Мустазхир.

Глава 17Абд-ер-Рахман V и Ибн-Хазм

Историку эпохи бедствий и людей, искалеченных гражданскими войнами, нередко хочется отвернуться от борьбы фракций и сопутствовавшего ей кровопролития и хотя бы ненадолго уйти в страну фантазий, невинности и мира. Поэтому давайте хотя бы ненадолго обратим свое внимание на поэмы, на которые чистая и истинная любовь вдохновила юного Абд-ер-Рахмана V и его визиря Ибн-Азма. Их стихи дышат юностью, безыскусностью и радостью. Соблазну таких искренних строк невозможно противостоять, тем более среди всеобщей разрухи. Это словно песнь соловья во время бури.

Едва выйдя из детского возраста, Абд-ер-Рахман V страстно влюбился в свою кузину Хабибу, дочь халифа Сулеймана. Но его томные вздохи были напрасны. Вдова Сулеймана была против брака и дала понять юному влюбленному, что ему придется ждать. Его раненая гордость и неутоленные желания нашли отражение в следующих строках:

«Бесконечны причины для отказа, против них восстает моя гордость! В своей слепоте ее семья заставила ее отвергнуть меня; но разве может луна быть отвергнута солнцем? Как может мать Хабибы, которая знает, чего я стою, не принимать меня в роли зятя?

Ведь я люблю ее, эту чистую и невинную дочь семьи Абд Шамса, которая ведет уединенную жизнь во дворце своих родителей. Я поклялся быль ее слугой до гроба, и мое сердце станет ее приданым.

Как ястреб бросается на голубку, расправляющую крылья, так стремительно бегу к ней, когда вижу ее, голубку Абд Шамса, я, отпрыск такого же благородного рода.

Как прекрасна моя возлюбленная! Белизна ее рук соперничает с сиянием Плеяд, а ее роскошной груди завидует рассвет.

Как долго продлится пост, который ты наложила на мою любовь, о моя возлюбленная? Когда ты позволишь мне его закончить?

Под твоей крышей я найду лекарство от всех болезней, да пошлет Аллах тебе свое благословение! Там мое больное сердце найдет утешение, только там огонь, пожирающий меня, погаснет.

Если ты отвергнешь меня, любимая, ты отвергнешь – клянусь – человека, равного тебе по рождению, глаза которого затуманены страстью, внушаемой тобой.

Но я не отчаиваюсь и надеюсь однажды завоевать тебя – так я достигну вершины славы. Я умею обращаться с копьем, и мои черные кони становятся красными от крови. Я оказываю почести чужеземцу, подходящему к моим воротам, я подаю милостыню несчастным, которые обращаются ко мне. Кто из ее родственников превосходит меня в заслугах? Кто равен мне в славе? Я обладаю всеми качествами, чтобы ей понравиться, – юностью, галантностью, нежностью и красноречием».

Нам ничего не известно о чувствах Хабибы к ее воздыхателю, поскольку арабские авторы оставили нам лишь намек на эту историю, воспламеняющую воображение. Представляется, что прекрасная Хабиба не была так уж бесчувственна к преклонению принца. Однажды встретив его, она опустила глаза перед его горящим взором и, смутившись, не ответила на его приветствие. Абд-ер-Рахман ошибочно принял ее робость за холодность и написал такие стихи: