Мавританская Испания. Эпоха правления халифов. VI–XI века

Покинув Реджио, принц перешел в провинцию Сидона (Сидония), где размещалась палестинская армия, и пересек, не без трудностей, дикую и живописную местность Серрания-де-Ронда, двигаясь по крутым тропам, тянущимся вдоль обрывов. Прибыв к месту, где обитало маадитское племя кинана – это имя сохранилось в более позднем названии Химена, – Абд-ер-Рахман обнаружил его покинутым всеми, кроме женщин и детей. Мужчины ушли в армию Юсуфа. Посчитав неразумным начать операцию с бойни, принц ушел.

Получив подкрепление от йеменитов провинции Сидона, которые активно стекались под его знамена, Абд-ер-Рахман направился к провинции Севилья, где обитали арабы Эмесы. Два самых влиятельных йеменитских вождя этой провинции, Абу Саббах из племени якиб и Хайят ибн Моламис из племени хабрамаут, пришли его приветствовать, и примерно в середине марта Абд-ер-Рахман вошел в Севилью, где принял клятву верности. Вскоре после этого, узнав, что Юсуф выступил в поход и, следуя по правому берегу Гвадалквивира, угрожает Севилье, принц покинул город и направился по противоположному берегу реки к Кордове. Он рассчитывал, таким образом, внезапно захватить столицу, в которой почти не было войск, и надеялся на поддержку населения, по крайней мере людей, преданных Омейядам, и йеменитов.

Когда вошли в регион Тосина (согласно некоторым авторам – у города Коломбера, но Ибн аль-Кутийя утверждает, что это «Вилланова бахритов» (Бренес); он также добавляет, что бени бахр – подплемя лахмитов; Бренес – искаженное арабское слово Bahrin), было замечено, что если у каждого из трех подразделений армии было военное знамя, то у принца его не было. Вожди стали опасаться, что это вызовет раскол. Тогда севильский вождь Абу Саббах поспешно привязал тюрбан к копью и вручил принцу в качестве знамени, которое с тех пор стало талисманом Омейядов.

Пока Абд-ер-Рахман продолжал двигаться к Кордове, Юсуф шел к Севилье, и довольно скоро две армии оказались друг напротив друга, разделенные только рекой Гвадалквивир, которая была полноводной и не имела бродов (это было в месяце мае). Противоборствующие силы могли только наблюдать друг за другом. Юсуф, спешивший напасть на противника, прежде чем тот получит еще больше подкреплений, с нетерпением ожидал падения уровня воды. Претендент, в свою очередь, желал подойти к Кордове внезапно. Поэтому он приказал на закате развести лагерные костры, чтобы Юсуф утратил бдительность, поверив, что противник устраивается на ночь, и под покровом ночи его армия в полной тишине отправилась в путь. К несчастью для него, ему предстояло пройти сорок пять арабских миль, но Юсуф узнал о его уловке раньше, чем он успел пройти одну. Не теряя времени, эмир повернул обратно, чтобы спасти столицу. Началась гонка. Но Абд-ер-Рахман, видя, что в состязании на скорость его противник побеждает, сделал попытку обмануть его еще раз, объявив привал. Юсуф, следивший за противником с противоположного берега реки, сделал то же самое. Когда Абд-ер-Рахман тронулся в путь, эмир тоже не остался на месте. Наконец, они остановились в районе Мосары, близ Кордовы. Противники снова были друг напротив друга. План принца провалился, к большой досаде его людей, у которых из еды был только garbanzos – вид фасоли, и потому они рассчитывали в столице получить компенсацию за свои лишения.